В этот вечер после ужина он отложил в сторону книгу о европейской политике, с которой накануне вечером переключил свое внимание на телефонный аппарат Томми, и стал рыться на книжных полках в поисках чего-нибудь об островах.

– Ты ищешь что-то определенное, Алан? – спросила Лора, подняв глаза от «Таймс».

– Я ищу что-нибудь об островах.

– Гебридах?

– Да. Наверное, есть какая-нибудь книжка о них.

– Ха! – воскликнула Лора, ухмыльнувшись. – Есть ли о них книжка! Целая литература, дорогой мой. В Шотландии редко кто не написал книгу об островах.

– У вас есть какие-нибудь из них?

– У нас есть практически все. Все, кто приезжал сюда погостить, привозили с собой по книге.

– А почему они не забирали их с собой, уезжая?

– Ты поймешь это, когда попробуешь почитать их. Ты найдешь их на нижней полке. Их там целый ряд.

Грант начал просматривать этот ряд, пробегая книги быстрым натренированным взглядом.

– А откуда этот внезапный интерес к Гебридам? – спросила Лора.

– Поющие пески, о которых говорил Крошка Арчи, застряли у меня в голове.

– Наверное, это первый случай, когда то, что говорил Крошка Арчи, застряло у кого-то в голове.

– Думаю, все же его мать помнит его первое слово, – произнес Томми из-за «Клэрион».

– Оказывается, Тир-на-Ног находится лишь чуть западнее поющих песков.

– И Америка тоже, – заметила Лора. – И она гораздо ближе идее островитян о рае, чем Тир-на-Ног.

Грант, повторяя монолог мистера Таллискера по поводу сравнения различных представлений о рае, сказал, что гэлы – единственный народ, который видел рай как страну юных, что очень мило с их стороны.

– Гэлы – единственный народ, у которого отсутствует слово для понятия «нет», – сухо сказала Лора. – Это гораздо более точная характеристика, чем их понятие о вечности.

Грант вернулся к горящему камину с целой охапкой книг и начал пролистывать их.