Во дворе прокуратуры фээсбэшники не запихали Миху на заднее сиденье дожидавшегося их «УАЗика» и не зажали плечами с боков, беря под контроль каждое его движение. Яковлев как старший по должности и званию важно занял командирское место рядом с водителем. Маштаков на пару с молодым рыхлым опером залезли назад. Михе досталось место позади водителя. Милиционеры задержанного жулика обычно сажали сюда же, только в их машинах задняя левая дверь заблокирована намертво для предотвращения побега. А здесь замок дверцы функционировал исправно, захлопнулся с первого раза. Сосед Михин, смачно чавкавший жвачкой, сразу отвернулся и уставился в окошко. Окажись на месте Маштакова настоящий преступник, он реально мог если не перебить, то покалечить всех троих сопровождающих, включая шофёра, и сделать ноги. Очевидно, сотрудники ФСБ самонадеянно полагали, что авторитет конторы оберегает их от подобных неприятностей.
Подмечая далёкие от совершенства действия смежников, Миха почти пришёл в себя, настраиваясь на предстоящий разговор. Когда проезжали мимо родной милиции, он пригнулся и попытался разглядеть, закрыл ли, уходя, форточку. Оказалось, что оставил открытой, теперь кабинет выстудится до его возвращения. Хотя, Тит должен вернуться из суда раньше.
Двухэтажное здание отдела ФСБ, отстроенное в середине восьмидесятых годов, располагалась тоже на улице Ворошилова, только двумя кварталами ближе к выезду из города. До новоселья комитетчики занимали несколько кабинетов на третьем этаже УВД, тогда ГОВД. Маштаков знал про это по рассказам старослужащих. Перед корпусом режимного учреждения, монументально высившегося среди частного сектора, за низенькой чугунной оградой произрастали голубые ёлки. «УАЗик» подъехал к выкрашенным в стальной цвет воротам, которые после сигнала водителя стали медленно раскрываться наружу, словно створки гигантской раковины.
Миха хотел спросить у Яковлева: «А разве глаза мне не будете завязывать?», однако поостерёгся, решив приберечь остроту на потом.
Во дворе, огороженном высоким бетонным забором, все, кроме водителя, покинули пахнувший бензином салон «УАЗика». По примеру своих спутников Маштаков двинулся к ступеням запасного выхода здания. В коридоре навстречу им из-за стеклянной перегородки вышел сухонький дедушка, дежуривший на вахте. Судя по суровому взгляду, которым он с ног до головы смерил чужого, шедшего промеж своих, дедок был из бывших. Хотя в народе резонно считают, что бывших кэгэбэшников не бывает. Перед входом на второй этаж произошла заминка. Шагавший первым Яковлев, загородив спиной кодовый замок, набрал нужную комбинацию и открыл дверь. Миха двинулся вперёд, в святая святых. Просторный коридор оказался пуст и гулок. Снаружи в замочных скважинах дверей торчали ключи с жестяными бирочками, за их сохранность обитатели здания не опасались. А чего тревожиться, если посторонних граждан на этаже нет. В паре кабинетов, где оперативные сотрудники наличествовали, двери были распахнуты настежь, оттуда на потревоживший тишину стук шагов повернулись головы с аккуратными причёсками.