Сонгён узнала, что беременна, когда наконец была готова собрать свои тело и разум воедино и вернуться к работе. Она одновременно чувствовала и сожаление, и облегчение. Сонгён планировала закончить имеющуюся исследовательскую работу, сдать ее и немного отдохнуть. Но в данный момент она решила сосредоточить все свое внимание на родах и уходе за ребенком.

Сонгён села за стол и по привычке коснулась нижней части живота. С тех пор как забеременела, она чувствовала, как ее тело меняется день ото дня. Одним из таких изменений было то, что она стала больше спать. Живот сильно вырос. Если она сидела не шевелясь хотя бы недолгое время, у нее начинали болеть спина и поясница. Поэтому, изучая материалы, Сонгён устанавливала будильник с интервалом в один час; когда он срабатывал, она вставала и шла гулять по округе.

Раньше Сонгён спрашивала себя, сможет ли она адаптироваться в таком тихом месте после жизни в городе, но сейчас ее все устраивало. Не прошло и половины месяца, как она смирилась с решением мужа переехать. Поняла, что вполне может жить без кондиционера жарким августовским летом. Трава во дворе было настолько горячей, что подошвы ее ног покраснели, но в тени деревьев было свежо. От зданий не исходил жар, как в городе. Перед домом раскинулось открытое пространство, поэтому, распахнув окно, можно было почувствовать, как со всех сторон дует ветер.

Сонгён читала разложенные накануне материалы, когда услышала за окном шум двигателя. Муж ни за что не вернулся бы с работы в это время, а поскольку она не была ни с кем знакома, то и гостей не ждала. Сонгён подняла голову и посмотрела в сторону ворот, гадая, кто это мог быть.

Перед домом остановился серый малолитражный автомобиль, и кто-то выбрался с водительского сиденья. Во двор уверенно вошла женщина лет сорока в платье цвета слоновой кости с великолепным красным цветочным узором. Сонгён, высунувшись в окно, спросила, что происходит. Женщина, заметив ее, махнула рукой с веером.

– Здравствуйте, – поприветствовала она Сонгён звонким голосом, как если б они были близкими подругами.

Сонгён почувствовала себя неуютно. Мало того что ее планы прочитать материалы провалились, так еще этот голос, мгновенно разрушивший тишину дома… Предчувствуя поток пустой болтовни, она собралась развернуть женщину обратно еще до того, как та начнет говорить.

– Вы, наверное, читали? О боже, я должна была догадаться… Ну, теперь наконец мне будет с кем поговорить…

– Стоп, – прервала Сонгён женщину, вышла из кабинета и направилась к входу. Когда она открыла дверь и вышла на террасу, солнечные лучи сразу же обожгли ее кожу. Сонгён прикрыла рукой глаза.

– Вы что-то хотели?

– Вот, пришла поздороваться с новыми соседями… Матери Минги нет?

– Матери Минги? Госпожи Ом?

– Ее старшего сына зовут Минги. Ли Минги, Ли Тонги… У нее двое детей. Старший сын трудолюбивый, ходит на работу, а второй – нарушитель спокойствия. Тридцатилетний лоб, а все ходит к матери с протянутой рукой из-за долгов по кредитке…

Слишком много слов. Они виделись впервые, но эта особа уже вывалила на Сонгён кучу ненужной информации.

– Вы пришли встретиться с госпожой Ом? Она приходит дважды в неделю. Сегодня не ее день.

– Зачем бы мне приходить увидеться с той, кого я и так вижу каждый день? Говорю же, пришла поздороваться с новыми соседями. И рассказать что-нибудь о жизни деревни; думаю, вы еще многого не знаете… Я войду?

Сонгён не успела ничего ответить, а женщина уже вошла в дом. Она назвалась соседкой, поэтому Сонгён не могла просто попросить ту уйти, и ей ничего не оставалось, как последовать за незваной гостьей. Женщина осматривалась, изучая взглядом мебель. И даже сейчас, пока она суетливо вертелась, рот у нее не закрывался ни на секунду.

– Да, здесь должен кто-то жить… Когда дом пустовал, казалось, он вот-вот развалится, а теперь – смотри, как изменился…

– М-м-м, но… кто вы?

– Ой, совсем с ума сошла, даже не представилась… – Женщина открыла кошелек и протянула Сонгён визитную карточку. На ней большими готическими буквами было выведено «Обучение игре на фортепиано. Ан Юнхи».

– Меня зовут Ан Юнхи, обучаю игре на фортепиано. Можете звать меня учитель Ан, все так зовут.

– Вы по какому вопросу? У меня сейчас дела…

Сонгён намекнула на то, что незваной гостье пора уезжать. Однако та пристально посмотрела на Сонгён и цокнула языком, будто сожалея о чем-то.

– Здесь не Сеул. Понимаете, о чем я? Здесь все всё друг про друга знают: у кого сколько в доме ложек, кто что ел на обед… Поэтому вам будет полезно послушать, что я говорю, на будущее. Все в ожидании. Люди в нижней деревне. Вы же видели ее, когда поднимались по дороге?

– В ожидании чего?

– Надо знакомиться с людьми, когда только прибываешь в деревню. Если с неделю нет никаких новостей, это еще нормально, но если через десять дней ничего… это порождает нехорошие чувства. Вы, видимо, не знаете, каково здешнее общество: один раз впадете в немилость, и жить станет трудно…

Только теперь Сонгён поняла, зачем приехала эта женщина. Однажды она читала статью, в которой говорилось, что у людей, переселившихся в деревню из города, часто возникают трения с местными жителями. Сонгён не знала, как надо знакомиться, но, поскольку они перебрались сюда, следует хотя бы притвориться, что в этом доме следуют местным традициям.

– Вот как… Да, стоило познакомиться со всеми, угостить чем-нибудь… Кажется, мы припозднились со знакомством. Спрошу совета у госпожи Ом, как лучше поприветствовать здешних жителей.

Как только Сонгён упомянула госпожу Ом, выражение лица у женщины изменилось.

– Нет, не стоит говорить об этом с матерью Минги.

В этот момент желудок Сонгён издал урчание. За сегодня из еды у нее был только утренний стакан сока. Она подумала, что следует использовать это как предлог, чтобы отослать женщину. Но не успела открыть рот, как женщина заговорила:

– Вы, должно быть, еще не ели? Замечательно. Я тоже голодна. Пойдемте вместе поедим.

– Да? Куда?

– Вы что, собирались в одиночку есть в такую жару? Я знаю отличное место, поверьте. Поехали!

Женщина направилась к выходу, потянув Сонгён за руку.

– Сейчас, минуту…

– Слышала, вы беременны? Тогда вам надо хорошо питаться. Успели осмотреть округу?

Откуда такая бесцеремонность? Из-за досужего интереса или проявления заботливости? Понять это было сложно.

– Возьмем мою машину. Вы все равно пока не знаете дорогу. Быстрее переодевайтесь и выходите.

Женщина устремилась к входной двери. Сонгён лишь молча глядела ей вслед. Затем вышла во двор, чтобы ясно дать понять этой невоспитанной особе, что никуда она не поедет. По пути к машине столкнулась с Хаён, которая спускалась с горы. Девочка по очереди посмотрела на них двоих, не понимая, что происходит.

– Ты, должно быть, дочь доктора Юн, – произнесла женщина. – Я все равно пришла бы к тебе.

Хаён, ничего не ответив, уставилась на нее. Та снова достала свой кошелек и протянула ей визитку.

– Ты не училась в Сеуле играть на пианино?.. Если нет, приходи к нам в класс. Жить веселее, если умеешь играть хотя бы на одном музыкальном инструменте. Ты пойдешь в среднюю школу Канмун? Моя дочь тоже туда ходит. В классе фортепиано много ребят, которые посещают школу Канмун. Там можно будет быстро завести друзей.

Как только она заговорила о музыкальных инструментах, интерес Хаён тут же начал угасать. Она взглянула на протянутую визитку и продолжила путь домой. Сонгён понравилась категоричность Хаён. Она подумала, что ей самой надо было проявить подобную твердость и отправить эту женщину восвояси.

– Ай-яй, она так похожа на свою мать…

Сонгён навострила уши. Конечно, в этом нет ничего странного: этот дом делили ее муж и его родственники, так что, естественно, здесь была и мать Хаён. Внезапно Сонгён подумала, что было бы неплохо провести некоторое время с этой болтливой соседкой. Часа хватит, чтобы та разболтала все, что знает…

Учитель Ан завела машину и включила кондиционер. В салоне все еще было жарко; женщина открывала и закрывала дверь машины, чтобы проветрить его.

– Садитесь скорее. Скоро станет посвежее.

– Минуту, я только переоденусь и приду.

Сонгён поспешила в дом, сменила одежду и вышла. Сев рядом с учителем Ан, осмотрела салон. С зеркала заднего вида свисали четки и талисман наудачу, а на бардачке покачивалась фигурка гавайской женщины.

– Пристегнулись? Тогда поехали.

Напевая себе что-то под нос, учитель Ан выкрутила руль и начала выезжать из переулка.

– Куда едем?

– Конечно, в Чумунчжин. Он ближе всего. Там довольно много ресторанчиков, появилась еще пара новых уютных кафе… Ой, я только что поняла, что не спросила ваше имя. Как вас зовут?

– Сонгён, Ли Сонгён.

– Что вы любите? У вас закончился токсикоз?

Сонгён услышала вопрос женщины, но они только что покинули переулок и выехали на прибрежную дорогу, так что она отвлеклась на раскинувшееся перед ней море и упустила момент для ответа. Хотя Сонгён смотрела на него каждый день, вид моря с холма был другим. Сейчас оно было так близко, что, кажется, протяни руку и дотронешься до него… При взгляде на ослепительный солнечный свет, сияющий на волнах, разбивающихся о скалы, внутри нее разливалось чувство бодрости.

Сонгён забыла, что включен кондиционер, и опустила окно машины. Обдуваемая ветром, она наблюдала за темным морем с накатывающими на берег волнами. Подумать только, прошло более пятнадцати дней с тех пор, как они сюда переехали, а она еще ни разу не была так близко к пляжу…