– Я буду в своем кабинете. Пригласи ее через пять минут.

– Разумеется.

Я побежала в кабинет, ни с кем не здороваясь. Ни с Филлис, ни с Вики, ни с остальными. Отперев кабинет, я захлопнула за собой дверь. Сбросив сумку с плеча, прислонилась к столу.

Мне нужен был план действий.

Но я не могла придумать ни единого вопроса. Такого, который не содержал бы угрозы физического насилия. А может, именно так и следует поступить? Толкнуть ее к стенке, как только она войдет. Взять за горло и посоветовать убраться из моей жизни, иначе она просто исчезнет. У нее, вероятно, есть семья, которая будет о ней жалеть. Или что-то, ради чего она хочет жить.

Не для того же, чтобы мучить меня.

Однако ничего подобного я себе позволить не могла. Надо держать себя в руках, иначе я все потеряю.

Опустившись в кресло, я отодвинула свой блокнот, чтобы нас ничего не разделяло. Только я и она.

Часы на стене громко тикали, отсчитывая секунды.

Когда я немного успокоилась, в дверь тихо постучали. Зажмурившись, я произнесла:

– Войдите.

И она, опустив глаза, вошла. Стройная блондинка с костистыми руками. Красный лак на ногтях с безукоризненным маникюром. Небесно-голубое платье, едва закрывающее колени, идеально облегало фигуру. На точеной шее – простой серебряный медальон.

– К вам можно?

Вцепившись в подлокотники, чтобы не закричать, я медленно кивнула.

Мне очень хотелось позвонить Алекс. Или просто в полицию. И сказать, что моя жизнь под угрозой.

Только вот никаких доказательств у меня не было. Лишь моя собственная вина.

Мне требовалось получить ответы, и, если у Эллы хватило наглости сюда вернуться, не стоит все портить, выкрикивая оскорбления ей в лицо.

Она медленно вошла, чуть не уронив с плеча сумку. Осторожно закрыла дверь и чуть потопталась у дивана, перед тем как сесть. Как и три дня назад, она сложила руки на груди, словно от кого-то защищаясь.

Только на сей раз я не попалась на эту удочку. Теперь я знала, что она за штучка.

Я стала ждать, пока она заговорит.

Тридцать секунд могут показаться целой вечностью, но я не собиралась ей поддаваться.

– Я просто не знала, куда еще пойти.

Значит, она будет вести ту же игру, подумала я. Продолжать притворяться. Меня это вполне устраивало. Пусть поймет, что меня не проведешь.

Или мне все равно.

– Итак, вы снова пришли ко мне, – сказала я, не в силах оторвать от нее глаз. – Зачем?

Я ощущала запах ее духов, знакомый, но с неизвестным мне названием. На ней были дизайнерские туфли – это видно с первого взгляда, однако я заметила, что их ремешки потерты. Я постаралась поймать ее взгляд, чтобы она лгала, глядя мне в глаза.

– Мне нужна помощь.

– Не могу с вами не согласиться.

Атмосфера в кабинете была напряженной, но, глядя на Эллу, вы бы вряд ли так подумали. Да, она была напряжена, однако как сжатая пружина, которая в любой момент может распрямиться. Мое присутствие ее не слишком нервировало. С таким же успехом перед ней мог сидеть любой, а не женщина, над которой она измывалась последние несколько дней.

– Так что вы хотите мне сказать? – спросила я, желая услышать, что она солжет, прежде чем я сделаю следующий шаг.

Причем любой, поскольку я ничего не планировала заранее. Просто надеялась, что первые несколько минут я смогу держать себя в руках настолько, что не схвачу ее за горло.

Но как бы мне ни хотелось это сделать, такое просто невозможно. Если только я не решу покончить со всем разом. Элла может выскочить из кабинета и перечеркнуть мою жизнь одним телефонным звонком.

– Я не могу ни есть, ни спать, – заявила Элла, убирая за ухо прядь волос.

В ушах у нее были серебряные серьги-гвоздики с чем-то похожим на бриллианты. Хотя это вряд ли они. Обыкновенные стекляшки. Кубический цирконий. Или подарок от прижимистого кавалера.

– Просто не знаю, как мне жить дальше после того, что я сделала.

Я заерзала на стуле.

– Возможно, одних разговоров здесь недостаточно. Может, вам стоит попробовать медикаментозное лечение.

– Я не пью таблеток, – сообщила Элла, подняв глаза и наконец встретившись со мной взглядом.

В глазах ее не было и намека на неуверенность. Ее немигающий взор говорил лишь о полном самообладании перед лицом женщины, которую она выбрала своей жертвой.

– Да они мне и не помогут, – продолжала Элла, отводя глаза. – Думаю, мне ничего уже не поможет. Я пришла сюда, пытаясь решить проблему, у которой, если подумать, есть только одно решение.

– И каково же оно?

– Все довольно просто, – ответила Элла, откидываясь на спинку дивана и складывая руки на груди. И снова посмотрела на меня немигающим взглядом. – Я должна пойти в полицию и во всем признаться.

Глава 32

Глава 32

Я чуть не заскрежетала зубами.

– Вы хотите пойти в полицию и во всем признаться?

Медленно кивнув, Элла смахнула с веснушчатой щеки несуществующую слезу.

– Мне кажется, это единственное, что я могу сделать.

Я потеряла дар речи. Такие ситуации в методичках не предусмотрены. В основном потому, что люди, замешанные в убийстве, не допускаются к лечению обычных граждан.

Кашлянув, я разжала зубы.

– Элла, а почему вы не говорите об истинной причине своего прихода?

Наконец это произошло. Первая конфронтация, когда я набралась храбрости показать, что мне кое-что известно.

– Что вы имеете в виду?

– Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду, – отрезала я.

Слова словно сами вылетали у меня изо рта, оставляя неприятное послевкусие. Я глубоко вздохнула, стараясь не терять контроля над ситуацией. Мне были нужны ответы. Я хотела знать, чего она от меня хочет.

– Почему бы нам не поговорить откровенно?

Элла мастерски изобразила недоумение:

– Я не совсем понимаю, чего вы от меня хотите.

– Вы собираетесь продолжать игру? Но я ее разгадала. Будем попусту терять время или вы все-таки скажете, что вам от меня надо?

– Мне от вас ничего не нужно…

– Вы хотите денег? – спросила я, приходя в ярость. – Я угадала? Или вы хотите, чтобы я пошла в полицию и все им рассказала? Чтобы меня посадили? А может, сообщить вам, где сейчас Дэн?

– Не понимаю, о чем вы.

В какой-то момент мне показалось, что я ошиблась. И Элла действительно та, за кого себя выдает, а случившееся за последние несколько дней – лишь плод моего воображения.

И ей действительно ничего от меня не нужно.

И говорит она чистую правду.

Сердце у меня упало. Казалось, оно рухнуло вниз, присоединившись к стайке бабочек, порхающих в животе. На коже выступила испарина.

У меня перехватило дыхание. Казалось, я вообще забыла, как следует дышать.

Все это продолжалось лишь несколько секунд, но мне показалось, что прошло много времени. Воздух вокруг меня вдруг сгустился и стал нагреваться.

Я была готова сознаться в убийстве. Той, что пришла сюда, чтобы мне помочь.

О парочке, что вломилась в мой дом, я уже забыла. Как и о том, что они там творили. В данный момент я сидела в кабинете с испуганной молодой женщиной, смотревшей на меня как на ненормальную.

Я вдруг ощутила себя именно такой.

И посмотрела на себя со стороны.

Ярко-красные губы Эллы изогнулись в улыбке. Глаза потемнели.

Она смеялась надо мной.

– Сара, вы неважно выглядите.

Я открыла рот, чтобы возразить. Взглянув на дверь, я подумала, как поступить, если сейчас кто-нибудь постучит или войдет в кабинет. Прикинула, как быстро я смогу проскочить мимо нее и выбежать вон.

– Закройте рот, Сара, – продолжала Элла изменившимся голосом. Прежде мягкий и нежный, он стал суровым и в то же время манящим, соблазнительным и опасным. – А то у вас какой-то глуповатый вид. На днях вы дали мне уйти, не сказав ни слова. Хотя прекрасно знали, о чем я вам рассказываю.

Я точно видела ее раньше. Поэтому мне так трудно было с ней говорить. Я судорожно пыталась вспомнить, где и когда могла ее встретить. Перелистывала страницы своей прошлой жизни, перебирая оставшиеся там имена и лица. Пыталась найти ей место среди них.

– Мне не нужны ваши деньги, – сказала Элла, откидываясь на спинку дивана и скрещивая ноги. Развернутые плечи четче обозначили ее фигуру. – Я пришла сюда совсем по другой причине. И хочу, чтобы вы это поняли.

После минутной паузы я наконец обрела голос:

– По какой причине?

Элла широко раскрыла глаза.

– Вы до сих пор не поняли? Я была о вас лучшего мнения.

Что-то пронеслось у меня в мозгу, на мгновение заткнув мне уши. Перед глазами поплыл туман, сердце бешено забилось, перекрыв тиканье часов на стене. Вцепившись в подлокотник, я сломала ноготь на указательном пальце. Но боль не помешала мне вцепиться в кресло еще сильнее.

Что помешает мне убить эту женщину прямо сейчас? Ничего. Я крупнее и сильнее ее. И мне есть что терять.

Я жаждала расправы, но Элла сохраняла хладнокровие.

– Если вы тронете меня хоть пальцем, все узнают, кто вы такая.

Тяжело дыша, я смотрела на Эллу, которая сопроводила свою угрозу гаденькой улыбочкой.

Но мне было уже все равно.

Ну и пусть все знают, что я сделала. Пусть узнают об Адаме Холтоне и о том, что я убила в своем кабинете несчастную молодую пациентку. Я была готова на что угодно, лишь бы она перестала улыбаться.

– Убирайся.

Это все, что я могла сказать. Не предупреждение, а попытка вести себя честно – ведь я была готова разорвать эту женщину на куски.

– Сара, я знаю, где учатся ваши дети. И люди, которые вчера приходили к вам домой, тоже это знают. Если я не позвоню им через тридцать минут, они заберут их из школы. И вы их никогда больше не увидите. И даже не будете знать, что с ними случилось.