– Кому они поверят больше? – продолжала я, увидев свет в конце тоннеля.

Я сумею избавиться от нее хотя бы ненадолго, а за это время продумаю, как выкрутиться из этого положения. Выясню, что Элла в действительности знает и насколько это для меня опасно.

– Молодой женщине, которая пришла к психотерапевту с целым списком жалоб на свое психическое здоровье? Или уважаемой женщине, занимающей определенное положение в обществе, все правовые нарушения которой ограничиваются превышением скорости при вождении? Ответьте. Как вы это представляете?

Откинувшись на спинку кресла, я наблюдала за работой мысли на ее лице. Элла явно пыталась выработать план дальнейших действий.

– Вы правы, Сара, – произнесла она наконец. – Все так и есть. Но только в том случае, если кто-то ведет с вами игру.

Уверенность, которую я только что почувствовала, стала потихоньку исчезать. Мне не понравилось то, что она сказала.

– Однако дело в том, что я знаю гораздо больше, чем вы думаете, – продолжала Элла, ехидно улыбаясь.

– Ничего вы не знаете! – выкрикнула я, на секунду потеряв самоконтроль. Только на секунду, но этого было достаточно.

– Адам Холтон. Так звали парня, которого вы убили вместе с человеком по имени Дэн. Разве не так? Это случилось еще в Англии. Я даже знаю название города, где произошло убийство. Вы с Дэном были там в баре, где и столкнулись с Адамом. Свидетели могут это подтвердить, хотя прошло уже много лет. И вам остается только надеяться, что Дэн не расколется на первом же допросе.

Окаменев, я, казалось, перестала дышать.

– Вы просто не отдаете себе отчет, как много мне про вас известно. Поэтому надеетесь, что вам все сойдет с рук. Думаете, вам поверят? Это не прокатит, когда я начну рассказывать все, что знаю. Причем не только про Адама. Я не собираюсь ничего скрывать. Расскажу, как вы скрывались от правосудия сразу на двух континентах. И посоветую им начать расследования по нераскрытым убийствам.

– Замолчите…

– Мы обе знаем, что это ни к чему не приведет при условии, что вы совершили в жизни только одну ошибку. Но кто знает? Правда, это не столь уж важно. К концу дня ваша репутация будет полностью уничтожена. Вы больше не увидите своих детей – они станут считать вас монстром. И Джек тоже. Все будет кончено.

– Вы ничего не знаете…

– Если вы сделаете все, как я скажу, ваше преступление можно будет выдать за трагическую ошибку. Свалить всю вину на Дэна. Сказать, что вас там вообще не было, но вы об этом знали. Признать свою ответственность и рассказать все семье Холтона. К вам отнесутся не очень строго, ведь, по вашим словам, прежде вы не привлекались к суду. Вам придется вернуться в Англию, но вы, по крайней мере, сможете несколько раз в год видеться с детьми. Вас даже могут пустить обратно в Штаты, если только не лишат грин-карты.

Поднявшись с кресла, я стала озираться в надежде найти что-нибудь, чем можно заткнуть этой женщине рот.

– Я вижу, вы не собираетесь сдаваться, – сказала Элла, тоже вставая со стула и обходя вокруг стола.

Чуть помедлив, она сгребла свое барахлишко обратно в сумку и остановилась напротив меня.

– Думаю, вам лучше уйти, иначе я за себя не отвечаю, – бросила я.

Элла улыбнулась, снова показав свои жемчужные зубки.

– Я хочу, чтобы вы меня поняли. Вы должны сейчас же оправиться в ближайший полицейский участок и там все рассказать. Потом позвонить Джеку и сообщить, что вы во всем признались, после чего распрощаться с ним навсегда. Советую вам исполнить все в точности.

Элла явно пыталась сохранить преимущество. Но мне было ясно, что она теряет уверенность. Отступая к двери, она старалась не смотреть мне в глаза.

– И не подумаю, – ответила я, шагнув к ней. – И вы это прекрасно знаете. И что теперь? Что вы собираетесь делать?

Чуть поколебавшись, она снова на меня уставилась.

– Кажется, вы не совсем сознаете свое положение…

– Это вы не сознаете. Вы явились ко мне на работу и ожидаете, что я…

– Джей и Оливия будут очень расстроены, когда узнают, что собой представляет их мать.

На меня нашло минутное затмение. Дальше все было очень просто.

Услышав имена своих детей, я полностью утратила самоконтроль.

Одним прыжком преодолев расстояние между нами, я вцепилась ей в горло. Элла схватила меня за руки, но я держала ее мертвой хваткой.

Что-то упало на пол, однако мне было не до того. Я стала ее душить. Элла пыталась оторвать мои руки от своего горла – безуспешно. Она начала бить по ним, но это тоже не возымело никакого действия.

Я попыталась сбить ее с ног, чуть ослабив при этом хватку. Элла судорожно вдохнула, однако я снова сжала ее шею.

Тогда она сильно толкнула меня, и я упала на стул, не выпуская ее горла, так что она повалилась на меня.

Мною двигала лишь одна мысль. Я должна заставить ее замолчать. Заткнуть ей глотку. Внезапно я почувствовала мощный удар в грудь – это Элла двинула по мне кулаком.

Качнувшись, стул рухнул вниз. Мы обе оказались на полу, и я отпустила ее шею. Вскочив, она оказалась спиной к окну, а путь к отступлению был отрезан мной. По ее щекам текли черные слезы, платье было разорвано на плече. Она вытирала рот ладонью.

Схватив со стола тяжелый стеклянный шар, я запустила его в Эллу.

Она присела, и шар с треском врезался в окно. Услышав звон стекла, Элла обернулась. Схватив ее за плечи, я потащила эту дрянь к разбитому окну. На меня пахнуло ветром, и в ушах что-то оглушительно зазвенело.

Я не сразу поняла, откуда взялся этот звук.

Он исходил от меня. Я пронзительно кричала, пытаясь выбросить эту женщину из окна.

Глава 34

Глава 34

Глядя на меня побелевшими глазами, Элла упиралась, вцепившись в мои руки. Мои крики заставили ее вздрогнуть, на глазах выступили слезы испуга.

Я что-то кричала ей в лицо, сама не разбирая своих слов. В голове был туман, и я плохо соображала. Одно было ясно: эта женщина не уйдет от меня живой.

Я этого не допущу. По ее щекам ручьями стекала тушь, словно по ним разлилась нефть.

– Прошу вас, не надо!

Но ее слова ничего для меня не значили, словно она говорила на иностранном языке. Сейчас Элла уже не пыталась вырваться. Наоборот, она отчаянно цеплялась за меня, сопротивляясь силе земного притяжения, которая неумолимо тянула ее вниз.

Мои руки, казалось, пересчитали все кости ее худого хрупкого тела. Я почти не дышала; казалось, что мои крики безжалостно царапают горло.

– Я убью тебя. Я убью тебя.

Мои крики доносились до меня как будто с другого конца комнаты. Словно я наблюдала за собой откуда-то сверху и видела безумную женщину, пытающуюся совершить убийство.

Элла уже теряла равновесие, и в ее глазах появился животный страх. Конец был близок. Внизу лишь безжалостный бетон, до которого ей предстояло лететь десять этажей.

Она неминуемо разобьется. Чему я буду несказанно рада.

– Пожалуйста, не надо…

Я толкнула ее сильнее, и половина ее тела оказалась уже за окном. Из рамы торчали осколки стекла, и я увидела, как между моими пальцами сочится кровь. Но боли я не ощущала. Бешеный адреналин уничтожил все, что было нормального в моей жизни.

А потом позади меня распахнулась дверь и раздались тяжелые шаги. Я почувствовала на своих плечах чьи-то руки и услышала чей-то крик. Я отпустила Эллу, и она чуть не вывалилась из окна. Однако сумела перевалиться на бок и упала на пол внутри помещения. Я же попыталась сбросить чью-то руку со своего плеча.

– Убирайся, – гаркнула я, еще не зная, кто меня держит.

Все мое внимание сосредоточилось на Элле, которая в этот момент медленно поднималась с пола.

– Сара, что ты делаешь?

Голос был знакомый, и я на мгновенье успокоилась. Но потом увидела встающую Эллу и снова переключилась на нее. Чьи-то руки постарались меня оттащить, однако я сумела вырваться.

– Отпустите меня…

Я двинулась к Элле, но она опередила меня. Увернувшись, она побежала к двери.

– Уберите ее от меня! – со слезами выкрикнула она.

– Иди сюда, – велела я, опять направившись к ней, но чьи-то руки вновь схватили меня за плечи и на этот раз держали уже крепче.

– Она ненормальная! – завопила Элла, спешно ретируясь из моего кабинета.

– Сара, прекрати немедленно.

Я хотела броситься за ней, однако теперь меня держали, как в капкане. Я стала вырываться, но почти все силы были уже потрачены на попытку выбросить Эллу из окна. Смирившись, я рухнула на диван.

– Что, черт возьми, происходит?

Подняв глаза, я увидела склонившуюся надо мной Джину. Вот только вопрос задала не она. В дверях стоял Саймон, который с изумлением смотрел на меня. Переводя взгляд с одного на другую, я тщетно пыталась что-то произнести.

– Звони девять один один, – сказала Джина, садясь на диван и обнимая меня. – Пациентка напала на Сару.

Я попыталась подняться, но Джина меня не отпустила. Я тяжело дышала, и каждый вдох давался с трудом.

– Да, конечно, – с готовностью отозвался Саймон, однако я его остановила.

– Подожди! – крикнула я, словно от этого зависела моя жизнь. – Не надо никуда звонить. Пусть уходит.

– Сара…

– Нет, нет. Я в порядке.

Взглянув на меня, Саймон развернулся и ушел. Опустив глаза, я увидела на тыльной стороне ладони длинный порез. Из раны текла кровь, но боли я не чувствовала. Я посмотрела на разбитое окно и осколки на подоконнике. Большая их часть упала вниз, пролетев десять этажей.

– Что у вас случилось? – сочувственно спросила Джина, обнимая меня. – Как вы себя чувствуете?