Когда Уоррен добралась до ворот, с ней там поздоровалась дежурная учительница. Сначала она о чем-то весело с ней защебетала, а затем, что-то вспомнив, полезла в папку. На свет появился цветной бумажный лист, над которым они с Кэтрин взялись что-то обсуждать. Миссис Уоррен задала какой-то вопрос. О чем был этот документ? Быть может, он не такой уж и важный… Концерт, школьная поездка, викторина. Нечто, известное только им, но никак не тебе. Синий лист бумаги содержал в себе целый мир – вселенную, которой ты не знаешь и не узнаешь никогда.

Лиззи все так же держалась за дерево, только рукой вращать перестала. Теперь она пристально, с непроницаемым лицом смотрела на Кэтрин, впитывая любую мелочь, любое ее незначительное, казалось бы, движение.

Через игровую площадку бегом неслись Элла с Изабеллой. Когда их выпустили на волю вольную, младщая – Изабелла – без всяких обиняков напрыгнула на Кэтрин, не проверяя даже навскидку, готова ли мать ее подхватить. Так бывает, только когда ребенок уверен в материнской любви досконально и знает, что мама поддержит его всегда. У Кристины мать была не такая. Сейчас ее уже не было в живых, о чем дочь, честно признаться, как-то не очень и горевала. Было бы, конечно, неплохо, если б жизнь складывалась иначе, но уж как сложилось.

Лиззи все так же безмолвно наблюдала.

Миссис Уоррен пошла вверх по дороге, держа в обеих руках ладошки своих дочерей. При ходьбе она поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, выслушивая их рассказы о школьных буднях вперемешку с размышлениями и вопросами – женщина была в центре своего мира.

Внезапно до Кристины дошло, что Лиззи рядом нет. Она шла теперь вдоль улицы за Кэтрин с детьми.

Вот троица остановились на травянистом пятачке у оконечности набережной Гудзона. Здесь они оперлись на ограждение (Уоррен просто прислонилась к нему, а ее дочкам пришлось встать на цыпочки) и стали смотреть на реку. Кристина потеряла счет входящим звонкам и эсэмэскам – их было, как минимум, четыре или пять. Вот СМС от Джона с вопросом, где ее носит, затем еще одно сообщение от него же (хватило, видно, ума и чуткости сообразить, что если она не отозвалась с первого раза, то значит, где-то чем-то занята и ее лучше не теребить!). Джон он такой. Все взвешивает, даже если в итоге наступает момент, когда он решает переставать думать и вместо этого начинать действовать. Можно даже представить, как он ее сейчас где-нибудь дожидается, желая поговорить насчет того, как быть дальше. Может, он собирается позже направиться вдвоем в ресторан, если их там еще ждут.