К нам воры приезжали с Ростова. Они сказали нам такую фразу: «Вы что, правда за бесплатно?» – «Как вам это доказать? Справку принести из банка, что мы от госдепа денег не получаем?» – Они сказали: «Ну, уважуха вообще, ребята. Потому что мы все за свое, а вы за общее рубитесь» (С. К., волонтер мемориала).

К нам воры приезжали с Ростова. Они сказали нам такую фразу: «Вы что, правда за бесплатно?» – «Как вам это доказать? Справку принести из банка, что мы от госдепа денег не получаем?» – Они сказали: «Ну, уважуха вообще, ребята. Потому что мы все за свое, а вы за общее рубитесь» (С. К., волонтер мемориала).

Установка мемориальной таблички на мосту декларируется как одна из важных целей сообщества мемориала, после достижения которой дежурства на мемориале могут быть сняты. Это также порождает острую общественную дискуссию вокруг мемориала. Небольшая табличка, стилизованная под официальные городские обозначения, с надписью «Немцов мост» является наряду с календарем, ведущим счет дней с момента убийства, смысловым центром мемориала. Лидеры оппозиции и социальные активисты ведут публичную кампанию по сбору подписей за установку постоянного памятного знака – мемориальной таблички на месте убийства Немцова[1242].

Желание сообщества мемориала и сподвижников Бориса Немцова установить на Большом Москворецком мосту мемориальную табличку является частью другой общественной дискуссии. По закону увековечивание памяти в Москве возможно не ранее чем через десять лет после смерти человека[1243]. Именно на этот факт указывают оппоненты сообщества мемориала[1244]. Однако, как показывает история, этот закон соблюдается совсем не так строго. Так, в августе 2004-го, несмотря на протесты жителей, одна из улиц в Москве получила имя Ахмата Кадырова, первого президента Чеченской Республики. Это произошло всего через четыре месяца после того, как Ахмат Кадыров погиб при взрыве в Грозном. Показательна в этом отношении ситуация в Ярославле, где установка памятной доски на доме, в котором жил Борис Немцов, была признана незаконной[1245]. Однако в городе в 2012 году установлена мемориальная доска в память о ярославском хоккеисте Иване Ткаченко, разбившемся в авиакатастрофе в 2011 году, несмотря на то что в Ярославле установка таких досок возможна лишь через двадцать пять лет после смерти[1246]. Вопрос об установке мемориальной доски – это вопрос о том, в отношении кого могут быть сделаны исключения. Таким образом, дискуссия вокруг установки памятного знака на Большом Москворецком мосту выходит далеко за рамки конфликта, порождаемого этим конкретным мемориалом.