Вторую группу составляют проправительственные активисты, близкие по взглядам к движениям НОД и Антимайдан, в частности активисты группы SERB[1250]. Прагматика действий этих групп менее формальна. С одной стороны, они воспринимают Бориса Немцова и его сторонников как «национал-предателей» и представителей «пятой колонны», с другой – считают, что единственное уместное место для поминовения – кладбище. В обоих случаях мемориал на мосту для них совершенно неприемлем. Поэтому их акции на Москворецком мосту носят иной характер. С одной стороны, они стремятся преодолеть коммеморативную отстраненность дежурных, выведя их из того безопасного лиминального состояния, которое позволяет удерживать пространство у Кремля под контролем оппозиции. Наиболее простой способ – это провокация дежурных на правонарушения. С другой, активисты стремятся символически переформатировать пространство Большого Москворецкого моста так, чтобы полностью нейтрализовать символическое присутствие оппонентов своими символами. Так, 18 марта 2015 года, в годовщину присоединения Крыма к России, активисты SERB повязали более ста пятидесяти патриотических георгиевских ленточек на Большом Москворецком мосту[1251]. Таким образом, для активистов SERB, в отличие от сотрудников «Гормоста», оказывается недостаточно уничтожить мемориал. Пространство, «оскверненное символами либерастов», необходимо символически переформатировать и очистить для того, чтобы вернуть его в повседневную городскую среду.

Если сообщество мемориала в своих действиях преследует цель удержать контроль над захваченным сегментом общественного пространства, то их оппоненты стремятся снова сделать это пространство нейтральным. Такая реакция крайне важна, поскольку показывает, насколько действенной является перформативная сила мемориала и насколько чувствительной для оппонентов оказывается оккупация публичного пространства сообществом мемориала.

КОММУНИКАЦИЯ С ВЛАСТЬЮ

Низовые мемориальные практики создают поле для коммуникации между властью разных уровней и низовыми (grassroots) активистами. Одной из форм такой символической коммуникации является реакция властей и государственных лидеров на те или иные трагедии и низовую мемориализацию.

Несмотря на то что Борис Немцов был не просто публичной персоной, но занимал важные государственные посты в прошлом, официальные представители государства в большинстве своем проигнорировали похороны Немцова. Следует отметить, что как Дмитрий Медведев, так и Владимир Путин участвовали в низовых мемориальных практиках ранее. В обоих случаях это были смерти, связанные со спортом. Первый – это гибель хоккейной команды «Локомотив» в Ярославле в 2011 году. Низовые мемориалы на месте гибели и у домашнего стадиона команды посетил президент Медведев, который случайно находился в этот момент в городе, Путин же приехал в Ярославль специально для того, чтобы почтить память погибших.