Торговля рабами в разгаре

Торговля рабами в разгаре

Произнеся свою жесткую речь 21 марта, Заукель столкнулся с хаосом. Пока его представители на оккупированной русской территории успешно набирали квоты на человеческие головы, в последующий процесс перемещения этих людей и подключения их к работе было вовлечено столь много учреждений и агентств, что аппарат сломался в самом начале. Заукеля касалась лишь вербовка, и ничего больше. Он, например, не мог диктовать условия начальнику железнодорожной администрации Дорпмюллеру, или Бакке из министерства продовольствия, или начальнику Главного управления имперской безопасности (РСХА) Гейдриху. Заукель постоянно обещал улучшения в продовольственном рационе восточных рабочих и прочее, публично хвастая, что они получают ту же самую пищу, что и немцы. На деле же Герберт Бакке, «фактический продовольственный диктатор» рейха, отказался внести изменения в шкалу, которую ввел 4 апреля 1942 г. В августе и сентябре того же года Бакке потребовал, чтобы не производилось никакого увеличения рационов восточных рабочих, за которое выступал Заукель, до тех пор, пока общая продовольственная ситуация не улучшится. На совещании у Геринга 6 августа Бакке дошел до того, что потребовал, чтобы ввоз восточных рабочих был ограничен наличным излишком продовольствия. Но отказ происходил в выдаче продовольствия, а не в поставках рабочих. В докладной записке от отдела социального обеспечения Заукеля от 30 сентября говорится, что рабочих из России в Германии по-прежнему кормят хуже, чем польских рабочих. Хлеб для русских рабочих по-прежнему выпекают из репы, и поголовно наблюдается голодная отечность.

При Гиммлере и Гейдрихе пришлось вновь обратиться к вопросу безопасности, который был так легко проигнорирован Герингом на его совещании 17 ноября 1941 г.

20 февраля 1942 г. были разосланы новые правила за подписью Гиммлера. В результате Заукель, которому в первые несколько недель приходилось иметь дело как с добровольцами, так и с рекрутами, обнаружил, что этих людей он отправляет практически в концентрационный лагерь. Гестапо должно было стать их единственной законной властью. Повешение было наказанием почти за любое нарушение, которое они могли совершить. Если не выносился смертный приговор, Гиммлер мог затребовать документы обвинения. По докладу любого охранника недисциплинированных могли отправить в настоящий концентрационный лагерь. Повешение должно проводиться в самом лагере и публично.

Через несколько недель после своего назначения Заукелю пришлось столкнуться по этому поводу с Гейдрихом. Гейдрих по привычке не стеснялся критиковать распоряжения Гитлера. Он счел программу «Остарбайтер» фантастической и объявил, что Заукель только усложняет ему работу. Он отказался снять колючую проволоку или вооруженных часовых, а также унизительные повязки, которые были предназначены для того, чтобы не допустить «расового» заражения немцев. Через несколько недель после этого разговора Гейдрих был убит в результате покушения, но должно было пройти еще долгое время, пока в правилах произошли какие-то заметные изменения. В первоначальном приказе Гиммлера получила ослабление только малая часть суровой карательной дисциплины. Счастливому советскому исследователю западной утопии разрешалось в течение одного часа в две недели «ходить без ошейника» при условии, что он не будет приближаться к точкам общественного питания или развлекательным заведениям или пользоваться любым общественным транспортом.