Поскольку здесь был вопрос расового отбора, для чего Гиммлеру предстояло принять необходимые меры, набор работников должен был происходить добровольно. А так как девушкам предстояло получать полный германский продовольственный рацион, сейчас такое право предоставлялось всем восточным рабочим. Но также, вероятно, решение Гитлера было состыковано с планом сокращения рационов для западноевропейских рабочих, если их производительность труда упадет ниже восточноевропейских норм. Это, как заявил Заукель, был прямой приказ фюрера, и Герберт Бакке имел опрометчивость оспаривать его. Но на Заукеля не произвело никакого впечатления, когда Бакке стал настаивать на трудностях получения дополнительного продовольствия. Заукель найдет способы и средства, «даже если это потребует построить всех евреев Европы в человеческую цепочку, чтобы передавать продовольственные посылки из рук в руки на всем пути от Украины к Германии».
Побуждающих стимулов для будущих германцев было немного. Язвительный Брайтигам заметил, что им не будет разрешено ходить в кино, как это предсказывали немецкие газеты. В марте следующего года полномочия Заукеля были урезаны до предложения восточным рабочим контрактов сроком на два года вместо прежнего найма на работу в Германии на неограниченный срок. Но он признался, что план вербовки рабочей силы полностью провалился. За весь период в Германию в качестве домработниц приехало не более 13–15 тыс. украинских девушек.
Помимо этого полумиллиона девушек, от Украины ожидалось, что она предоставит 450 тыс. рабочих для военной промышленности. Объявление Заукеля Розенбергу, датированное 3 октября 1942 г., гласит: в течение следующих четырех месяцев должна быть получена квота как часть кампании по обеспечению для Германии двух миллионов иностранных рабочих. Ожидалось, что Розенберг станет гоняться за Эриком Кохом, который к этому времени исчез из вида. Рейхскомиссару необходимо было втолковать, что 450 тыс. рабочих можно будет заполучить только «беспощадным использованием всех средств». Розенберг вовсе не был намерен вмешиваться. Он рассматривал миссию Заукеля как рычаг для того, чтобы оторвать Коха от его власти. В начале ноября после ознакомления с докладной запиской Брайтигама он открыто разразился критикой в адрес лидеров Трудового фронта Роберта Лея. Миллионы русских, утверждал Розенберг, дрожащих от страха, сейчас считают Германию второй Сибирью. Будет неверным доставлять их в Германию в замороженном состоянии.
У миллионов русских было бы еще больше причин дрожать от страха, если б они знали о соглашении, заключенном 18 сентября между Гиммлером и министерством юстиции. С этого момента восточных рабочих можно было отправлять в концентрационные лагеря по расплывчатому обвинению в том, что они являются «антиобщественными типами». Открывалась дорога к массовой депортации советских граждан в Аушвиц (Освенцим) и Бухенвальд, которая произошла после отступлений на фронте в 1943 г. Условия этого секретного соглашения с исключительной прямотой оговаривали