Однако при обобщении всех этих статей бросается в глаза, что в них предусматривается присоединение либо к Востоку, либо к Западу; здесь нет никаких мыслей о возможном крупном центральноевропейском экономическом союзе или каких-то общих европейских договоренностях в рамках движения за объединенную Европу. Примечательно также, что Франция нигде не упомянута как великая держава.

В письме Геббельсу Шверин фон Крозиг пожаловался, что Германия не выдвинула никаких конкретных планов по созданию нового порядка. Да и сам он лично не много сделал с того момента, когда в мае 1945 г. стал главой правительства (рейхсканцлером) и министерства иностранных дел. Шверин фон Крозиг ограничился рядом цветистых фраз, посвященных первостепенным проблемам и срочности мер по оказанию помощи. Более отдаленные политические цели «для блага немецкого народа как составной части миролюбивого человечества» надлежало рассмотреть только после преодоления нынешней чрезвычайной ситуации.

Единственный документ, дающий какое-то представление о германских идеях в отношении нового порядка, был составлен не в Фленсбурге, а в Фушле (очевидно, Фушль-ам-Зе близ Зальцбурга в Австрии. — Ред.) сотрудником министерства иностранных дел; он датирован 1 мая и был доставлен в Фленсбург, когда это учреждение было вызвано в «Северную зону». Этот документ представлял собой проект «обращения» Дёница, который предстояло обнародовать при заключении перемирия. После незначительных исправлений он превратился в «Декларацию германского правительства о безоговорочной капитуляции», но так и не был опубликован и, возможно, предназначался в качестве памятной записки для германских миссий за рубежом. В обоих черновиках государство-нация, сформированное

историей и родством, берется как фундамент для существования народа; однако не делается секрета из факта, что здесь затрагивается вопрос продления существования германского рейха. В следующем разделе документа рассматривается право всех государств свободно устанавливать свою внутреннюю структуру. Однако при этом признается, что это право ограничивается, «когда нарушаются интересы сообщества стран в целом или возникает угроза образу жизни других народов».

Первоначальный вариант принимал такие ограничения в случае Германии, хотя и с оговоркой, что должна быть определенная взаимность; однако в «декларации» говорится следующее: «После получения в последней войне горького опыта немецкий народ по своей собственной воле признает это ограничение». Тут, по крайней мере, хоть какое-то свидетельство здравого смысла и самокритики.