В своё время американская пресса называла противника во Вьетнаме — «Вьетконг». Словечко должно было вызвать ассоциацию с Кинг-конгом — огромной и злобной обезьяной. Специалисты «рассчитывали, что презрительная кличка должна оправдать любые жестокости по отношению к вьетнамцам. Во время боевых действий по отношению в «животным» не должно возникать ненужных эмоций… Неуклюжий обман дорого стоил психике американских военнослужащих. Ведь сколько им не говорили о человекообразных обезьянах, совесть говорила другое. Они убивали людей!

Настоящий враг Америки, как обычно, благополучно скрылся от возмездия под мраком общего озлобления». [40, с. 481].

Теперь такой вопрос. Если во «вьетконговцев» можно без угрызений совести выпустить автоматную очередь, то что делать с «колорадами»? Что за вопрос! Жуков-вредителей надо просто давить!

Этническая энтомология. Отступление.

Неприятие чужаков характерно для архаического, глубинного сознания всех народов. Оно породило нелицеприятные сравнения, в том числе — с насекомыми. Такими ксенонимами в русском языке являются пруссаки или шведы, как название тараканов.

Насекомым давали названия народов, а людей сравнивали с насекомыми. Евреев, например, нацисты уподобляли точащим дерево жучкам. В пропагандистском фильме, снятом в сороковые годы, тщательно показаны изъеденные распятия в храме. Выход один: распыление химических препаратов… Саранча, черви и прочие существа, которые уже в Ветхом Завете названы Божиим наказанием (архетип именно отсюда), являются образами не только этнического врага, но и врага вообще. Вот отвратительные черви в тухлом мясе матросского пайка из фильма «Броненосец «Потёмкин»». Что это? Это знак «прогнившего режима».