Кто это – «она»? «Она» – это та самая мысль, изрекать которую есть ложь. Потому что слово передаст смысл, но не донесет эмоцию: «она и музыка» – эмоция, и «слово» – смысл. Синтез смысла и эмоции и есть жизнь. Жизнь – это любовь, и синтез per se – тоже есть любовь. И Афродита, рожденная из пены морской, – любовь. Выразив все это словами (местами, на мой взгляд, довольно неуклюже), поэт осознает тщетность усилий и риторически взывает обратному превращению рожденного слова. Интересно, что стихотворение датировано дважды: началом жизни юного поэта (1910) и ее последними годами (1935).
Молчание – это не просто тишина. Это – осознанное сдерживание речи. Или прочувствованное отсутствие необходимости в ней: «О любви сказать лишь могут руки, что срывали черную чадру…» Или: «Ты – говоришь, я – молчу, только тебя слушать хочу…»
Напоследок еще одна из множества мудрых мыслей и крылатых выражений про молчание: «Если тебе ответили молчанием, это еще не значит, что тебе не ответили» (Сократ). В общем, к молчанию иных людей стоит внимательно прислушиваться… Молчание может быть невербальной коммуникацией. А в отношении самого себя не мешает время от времени вспоминать народное: «Молчи – за умного сойдешь». Но если уж невтерпеж, если есть что сказать – говори.
Или пиши…
Москва
Москва«Лучший город Земли»!
…Я – трех- или четырехлетний – иду с мамой по улице Горького. Мама левой рукой держит меня за мою правую руку. Я держусь с удовольствием и тяну, отклоняясь влево. Я занят двумя важными делами: мне надо прошагать по фигурным решеткам из чугуна, окружающим стволы деревьев, а не обходить их, как делает большинство взрослых. Второе дело – я во всю свою уже тогда могучую глотку распеваю: «Москва моя, страна моя, ты самая любимая!» И прохожие мне улыбаются.
Да, самая любимая! Я ее так воспринимаю, а всё иное не имеет значения. Во всяком случае: все прочие «объективные» сравнительные оценки разных городов, тоже субъективны, хоть и привлекают для этого кажущиеся объективными критерии: экономические, политические, эстетические и прочие. Эти сравнения интересны, полезны, поучительны, но для каждого конкретного человека главным является его личное ощущение. Кто-то несчастен в Париже и Лондоне, а кто-то безмерно счастлив в… Ну, скажем, в городе Кампала, что в Уганде, чтобы никого из близких не обидеть неудачным сравнением.
А Москва – для тех, кто ее любит, – не просто город, в котором не так уж просто жить, а важная часть того ядра смыслов и эмоций, который существует где-то в недрах подсознания и души. Москва воспринимается не вне времени, как любят писать иные, а во всей полноте времени: вся вёдомая мне история присутствует здесь и сейчас. Дома и улицы, стоящие и лежащие на земле и под землей, равно как и те, что были некогда и исчезли, – все вместе со мной, всех их вижу, ощущаю, живу в них, они влияют на меня.