Я переехал в  Москву в начале 90-х, в период страшного упадка всей страны, ее развала. Я впервые увидел людей, копающихся в мусорных баках в поисках пропитания, проходил, как сквозь строй, вдоль цепочки людей, вышедших возле метро продать свои вещи, видел, как приходил в запустение великий город, как нищали одни и сказочно обогащались другие, как порок захлестнул все общество и воцарился на его вершине, как власть продавалась и подкупала, лгала и изворачивалась, грабила и покрывала воровство, как боролась с народом и как победила его…

Москва была, есть и долго будет жизненно важным органом, центром жизни большой страны с изменяющимися границами, населением, идеологий, целями, ценностями и идеалами… А я – часть организма, называющегося «Москва». Но и Москва – часть меня, причем именно организменная! И не только лишь в смысле моего «ментального тела», но и совершенно материального, чувственного, функционального «я», которым я пользуюсь ежедневно.

Стихи и песни о  Москве всегда в памяти, причем ближней. Стихи классиков: «Москва, люблю тебя, как сын, как русский…», «Город чудный, город древний…», «Москва… как много в этом звуке…»… Я начал со слов из песни «Лучший город земли», ставшей популярной в начале 60-х, ее потом стали называть «первый советский твист». Вот навскидку еще несколько песенных цитат: «Хорошо на московском просторе…», «Дорогая моя столица, золотая моя Москва…», «Мы не дрогнем в бою за столицу свою…» «Зори московские, звенят-поют часы кремлевские…», «… Московских окон негасимый свет», «Песня плывет, сердце поет, эти слова о тебе, Москва», «А я иду, шагаю по  Москве»…

Пока еще шагаю… И хочу, чтобы это длилось и длилось…

Море

Я знаю, что не только для меня, но и для очень многих людей море – символ чего-то притягательного, радостного, символ отдыха и вообще приятного времяпрепровождения. «Жить в домике у моря…»  – это если не мечта, то вполне завершенный образ благополучия.

Мое первое море в жизни – Азовское. Свидание с ним произошло в дошкольном детстве, но отчего-то не это море стало для меня образом «настоящего» моря, а море Черное, в которое я впервые погрузился вблизи Одессы в возрасте лет девяти. Потом были и другие его берега: от  Вилково – места, где впадает Дунай, до  Батуми, где заканчивалась тогда моя страна. Сейчас я уже могу сравнивать моря на цвет и на вкус, в моем багаже их много: Балтийское, Средиземное, Эгейское, Адриатическое, Ионическое, Критское, Лигурийское, Красное, Южно-Китайское, Андаманское, Балеарское, Персидский залив и даже Внутреннее Японское море, а также Индийский океан, Атлантический океан, Тихий океан…