Очевидно, что проблемы использования понятия «народ» порождаются фундаментальными политическими проблемами – уровня модели государственного устройства, его онтологии. У нас не существует русского государства, есть многонациональное государство, в котором живет и русский народ, причем в большинстве. И это – большая политическая проблема. Особенно если ее не решать, а усложнять и запутывать. Когда мы говорим, например, «татарский народ»  – все ясно: это этнические татары. А когда говорим «русский народ»  – возникает немало неопределенностей. Потому что русские определяют себя, как правило, не по «крови», а по некой сумме признаков, ни один из которых не является доминантным: тут и этничность, определяемая на уровне самооценки, и язык, и культура, и гражданство, и отечество… Причем не обязательно, чтобы все эти признаки присутствовали одновременно. Скажем, т.  н. русскоязычные в бывших союзных республиках считают себя русскими. Встречаются и русские (считающие себя таковыми), не родившиеся и не живущие в  России, не являющиеся ее гражданами, не знающие русского языка и даже в этическом отношении имеющие весьма отдаленное, а то и никакого отношения к русской крови – типа какого-нибудь американца, заявляющего, «я – русский», потому что «моя прабабушка была из  России». Прабабушка при этом могла быть еврейкой из под польского Белостока, покинувшей Российскую империю в XIX веке… Впрочем, хочет считать себя русским – пусть считает.

В СССР действовала юридически закрепленная национальная идентификация: по национальности отца или матери, указанной в паспорте. В мире широко распространена национальная идентификация по гражданству: француз – это любой гражданин Франции, хоть бы он был африканским негром, алжирцем, русским и т.  д. Это в чистом виде формирование политической нации. Похожим образом поступают, например, в  Румынии: гражданство Румынии может получить каждый, чьи предки проживали на территории, бывшей Королевством Румыния, до 1940 года. Сюда попадают жители современной Молдавии и  Украины в тех ее регионах (часть Одесской области, например), которые были некогда Бессарабией в составе Румынского королевства.

Иной подход – идентификация по этническим корням: немец – это тот, у кого родители немцы и он сам себя считает немцем. Похожим образом поступают в  Польше, выдавая т.  н. паспорт поляка гражданам других стран. Действуют подобные программы и в  Греции. Этническая идентификация сегодня практически повсеместно превратилась в культурную: немец (русский, голландец и т.  п.)  – это тот, кто существует в немецкой, русской, голландской и т.  д. культурах. Прежде всего – языковой культуре.