В то же время разум и рациональные обоснования веры и бытия Бога привлекаются в теологических исследованиях (этому посвящен раздел основного богословия – апологетика). Чтобы доказать существование Бога, традиционно применяются космологическое доказательство, телеологическое доказательство, нравственное доказательство и онтологическое доказательство. Основываются эти доказательства, соответственно, на космологии, на мироустройстве, на нравственном законе и на идее абсолютно совершенного (или необходимого) Существа[3]. При всех весьма изощренных и небесполезных с философской точки зрения доказательствах бытия Божьего этот вопрос продолжает оставаться вполне живой отраслью интеллектуальных упражнений, потому что на свет пока не родилось окончательное доказательство, которое примирило бы всех. (Третий раз повторю сказанное в главе Бог и вера: если кому-то когда-нибудь удастся доказать существование Бога и это станет научным фактом – все религии исчезнут в тот же миг: верить будет не во что и не в кого, будет уже не вера, а знание.) Моя точка зрения по этому поводу «доказательств существования» такова: поиск рационального доказательства бытия Бога есть форма неверия в  Него. Я придерживаюсь радикальной позиции: либо есть религиозная вера – и тогда никакие доказательства не нужны и даже вредны, либо веры – в ее искренней и благодатной простоте – нет, а стремление «верить» заменено стремлением «доказать». В некотором смысле эта позиция близка высказыванию Тертуллиана: «Верую, ибо абсурдно». «Абсурдно» в  этом высказывании следует воспринимать не как синоним чепухи и ерунды, а как невозможность логического доказательства.

Огромную путаницу вносит поверхностное понимание того, что является результатом познания. Самоочевидный, но неточный ответ: результатом познания является знание (см. Знание). С этим можно согласиться лишь в одном случае: когда речь идет о научной форме познания. Но мы различаем и пользуемся несколькими формами познания: научной, философской, художественной, мифологической (религиозной)… Важно понимать, что результатом художественного познания является не знание, а эмоция, чувство. Эмоционально-чувственные впечатления не следует называть «знанием». То же самое относится к религиозному познанию: результатом религиозного познания становится религиозное чувство, эмоция. Однако нередко, в том числе и в научной литературе можно встретить утверждения о существовании «религиозного знания». Это неверное утверждение часто маскируют вполне верным: ссылкой на огромный корпус сведений, текстов религиозного содержания, постижение которых дает знание. Дает, конечно, но это не религиозное знание, а знание религиозных текстов, обрядов, истории религии и пр.