Разумеется, не все русские и не всегда с идеальной точностью следуют этим и другим идеалам. В реальной жизни мы часто поступаем «не по совести», часто и не слышим ее – совести – голоса, не распознаем подсказки. И тем не менее я уверен, что русские улавливают друг в друге сходство в понимании должного и недолжного, улавливают и иное понимание должного другими, нерусскими. Факт того, что мы улавливаем нечто нам неприятное в поведении представителей других народов, живущих рядом с нами, говорящих на русском языке, вовлеченных в русскую культуру и являющихся гражданами России, и есть несовпадение русских с нерусскими по этическим критериям. Им не стыдно поступать так, как нам стыдно. И справедливость у них – другая.

Второе – судьба. Судьба – это, прежде всего, то, что с народом уже произошло, его история. Те, кого я считаю «настоящими русскими», воспринимают историческую судьбу народа как непрерывную, этически оправданную линию развития целостности под названием «русский народ». Это – органические русские. Они ощущают себя и свой род как непрерывную линию, живой побег, одну из ветвей, образующих древо русского народа. Это древо никогда не росло «не в ту сторону», никогда не «ошибалось» и  никогда не хотело быть другим деревом, другим живым организмом, другим природным и историческим явлением. Органический русский смотрит на пройденный путь с благодарностью к предкам, с любовью и восхищением оценивает любой отрезок русской истории. У него нет и не может быть повода для отрицания пройденного, для покаяния или стыда.

Третье – предназначение, то есть еще не состоявшаяся часть судьбы, наши мечты, идеалы, образы будущего. Это очень важное метафизическое ощущение. Оно намного значительнее, чем цель или проект. Предназначение – это скорее чувство, чем знание. Предназначение – предмет веры, а не следствие логических сопоставлений. Мы можем (и, наверное, должны) придумывать разные мифы о самих себе, создавать образы нашего будущего, складывая их из самых разных материалов: научных, религиозных, художественных… Но все эти средства лишь помогают, но не заменяют веру в предназначение и ощущение предназначения русских – как особого, «неотменяемого» народа среди остальных народов. И при этом органический русский ощущает и самого себя, свою семью, своих детей и внуков как неотменяемую часть этой великой и бесконечной миссии: быть русским.

Есть ли у нынешних русских объединяющая мессианская идея? Нужна ли она? Мессианской, наднациональной идеей, несущей в себе помимо прочего и некую важную метафизическую, трансцендентную составляющую, у советских русских была идея построения социализма – коммунизма. В американском обществе, его менталитете имеется нечто подобное: быть образцом демократии и распространять ее по всему миру.