«У красных огромное преимущество в том, что они не бояться брать на пополнение старых солдат, не нуждающихся в обучении, а мы, — отмечал Будберг, — боимся этого, как черта и вынуждены призывать только 18–19 летнюю молодежь, совсем сырой материал, требующий тщательной обработки…»[3295]; «продолжают гнать в бой «штыки», а это только парни, одетые в ноксовское обмундирование и совершенно не желающие воевать»[3296]. Но «самая главная причина наших белых неуспехов лежала, — приходил к выводу ген. Филатьев, — несомненно, в том, что мужик и серая солдатская шинель оказалась не на нашей стороне…, мы не сумели привлечь его на свою сторону»[3297].

* * * * *

Опорой колчаковского режима действительно стало только офицерство, верхи казачества, торгово-промышленные круги и кадеты. И это в то время, как на выборах в Учредительное собрание в 1917 г. кадеты набрали всего 4,7 % голосов избирателей. А в сибирских избирательных округах и того меньше: в Алтайском — 1,7 %, Енисейском — 3,4 %, Иркутском — 4 %, Тобольском — 2,8 %[3298]. Всего по данным, «основанным на донесениях, которые я получал, — указывал ген. Грейвс, — Колчак никогда не имел на своей стороне более 7 % населения»[3299].

После захвата колчаковцами власти в Сибири, население, отдавшее на выборах в Учредительное собрание за эсеров 75 % голосов[3300], поначалу ошарашено безмолвствовала. Но это продолжалось недолго… Уже в «середине декабря Министерство внутренних дел сообщало: «Преступная деятельность уголовных элементов за последнее время значительно усилилась: отовсюду поступают сведения о восстаниях, убийствах, грабежах и всякого рода иных насилиях…»[3301].

Одно из первых крупных эсеровских восстаний разразилось в столице «Колчакии» — Омске в конце декабря 1918 г. Контрразведка, прознав о мятеже за сутки до его начала, провела облаву и расстреляла два десятка вероятных зачинщиков[3302]. Тем не менее, восстание началось. На его подавление были двинуты не только офицерские и казачьи части, но и чехословацкий полк, и охранявший Колчака английский батальон[3303].

«Началось, — вспоминал один из участников тех событий эсер Д. Барановский, — поголовное избиение… Роща, Иртыш и еще несколько мест были буквально завалены трупами»[3304]. Только по официальным данным, в ходе подавления восстания в Омске было убито 133 человека и 49 расстреляно по приговору военно-полевого суда… В пригородном поселке Куломзино при подавлении восстания погибло 114 человек и по приговору суда расстреляно 117 рабочих и солдат[3305]. Кроме этого убиты были многие безобидные горожане[3306].