Теория экономической мобилизационной политики будет изложена Дж. Кейнсом в работе «How to Pay for the War», ее общий смысл сводился к «установлению необлагаемого минимума, резко прогрессивной шкалы налогообложения и введения системы семейных норм довольствия»[2281]. Конкретизируя эти меры для Англии, Кейнс замечал, «что высказанные здесь предложения чрезвычайно мягкие… по сравнению с мерами, принятыми в двух воюющих странах — одной вражеской и другой союзной». В подтверждение своих слов он приводил пример Германии, вынужденную мобилизовать практически все свои ресурсы, «я полагаю, — писал Кейнс, — что если бы мы хотели бы ввести в нашей стране столь же радикальный контроль общего потребления, такой как действует в Германии, мы бы смогли увеличить военные расходы на 50 % и, может быть, даже гораздо больше»[2282].

Теория экономической мобилизационной политики будет изложена Дж. Кейнсом в работе «How to Pay for the War», ее общий смысл сводился к «установлению необлагаемого минимума, резко прогрессивной шкалы налогообложения и введения системы семейных норм довольствия»[2281]. Конкретизируя эти меры для Англии, Кейнс замечал, «что высказанные здесь предложения чрезвычайно мягкие… по сравнению с мерами, принятыми в двух воюющих странах — одной вражеской и другой союзной». В подтверждение своих слов он приводил пример Германии, вынужденную мобилизовать практически все свои ресурсы, «я полагаю, — писал Кейнс, — что если бы мы хотели бы ввести в нашей стране столь же радикальный контроль общего потребления, такой как действует в Германии, мы бы смогли увеличить военные расходы на 50 % и, может быть, даже гораздо больше»[2282].

В России подоходный налог должен был вступить в действие с началом 1917 г., однако в связи с началом буржуазно-демократической революции от подоходного налога правительство в 1917 г. не получит ни копейки. Попытка же введения временного налога на военную прибыль вызвала гневный протест торгово-промышленной среды, которая в своем печатном органе — журнале «Промышленность и торговля», заявляла, что «ограничение прибылей противоречит самому существу капиталистического хозяйства, основанного на возможно более полном развертывании личной инициативы»[2283].

Эгоистичный радикализм имущих классов и сословий, наглядным индикатором которого может служить тот факт, что даже во время тотальной войны они не хотели поступиться хотя бы частью своих прибылей, неизбежно порождал такой же ответный радикализм солдат, рабочих и крестьян, которые так же в конечном итоге стали бороться только и исключительно за свои интересы.