* * * * *

Кризис Особых совещаний привел правительство к выводу о необходимости все большей концентрации мобилизационной политики в руках государства. Тенденции «к расширению функций действующих комитетов по регулированию промышленности и усилению вмешательства чиновников в их дела»[2915], стали вполне очевидны уже в начале 1916 г. Так, в марте 1916 г. член Особого совещания по обороне видный кадет Н. Некрасов замечал: «Когда учреждался этот орган, то предполагалось, что он будет органом контроля за деятельностью ведомств. Настоящая картина получается совершенно иная…, ведомства стремятся осуществить обратное — прибрать, что называется, под свой контроль общественные учреждения»[2916].

Эти тенденции вызвали резкую ответную реакцию торгово-промышленных кругов. Она прозвучала в одном из наказов II съезда Военно-промышленных комитетов (ВПК) в феврале 1916 г.: «съезд настаивает на том, чтобы правительство прекратило систематическую борьбу с общественностью, препятствующую немедленной планомерной организации страны для победы»[2917]. 12 марта 1916 г. П. Рябушинский в своей докладной записке на имя председателя Совета министров, прямо указывал на «стремление со стороны Министерства торговли и промышленности получить общее право на принудительное, через комитеты, регулирование производства, с правом принудительного открытия торговых книг, до сих пор почитавшихся неприкосновенными; принудительного назначения цен; секвестра предприятий и т. п.» И этот проект даже не обсуждался представителями торговли и промышленности[2918].

Летом 1916 г. МВД и Министерство торговли и промышленности настаивали уже на полном упразднении ВПК, однако эти предложения были решительно отвергнуты председателем Особого совещания военным министром Д. Шуваевым, поскольку «самое создание теперешних военно-промышленных комитетов было обусловлено несостоятельностью правительства в деле удовлетворения всех военных потребностей»[2919].

Тем не менее, спустя несколько дней–22 июня 1916 г. Совет министров постановил, во-первых, «постепенно сокращать посредничество комитетов в деле военных заказов и по возможности сдавать последние непосредственно подлежащим предприятиям», во-вторых, публиковать сведения о деятельности ВПК и, в-третьих, отменить запрещение военной цензуре пропускать всякую критику деятельности ВПК. Николай II по этому поводу собственноручно «начертал» резолюцию: «Давно пора было это сделать, очень одобряю»[2920].

Вообще «деятельность ВПК в Особом совещании по обороне, — отмечал Я. Букшпан, с самого начала, — внушало тревогу правительству, и наконец побудило правительство объявить открытую борьбу военно-промышленным комитетам»[2921]. В середине октября 1916 г. министр торговли и промышленности уже требовал предоставления ему права устанавливать высшие предельные цены, назначать частные и общие реквизиции… Однако Совет министров не решился одобрить подобные меры[2922].