Да, я не назвал этот госэкзамен – «История КПСС». Мой, как я уже описал отношение к этой теме, «любимый» предмет!

Экзаменовали в обычной, весьма тесной аудитории, которыми был наделён журфак. Там помещались лишь три ряда для студентов и через полтора метра от них – преподавательские столы. Экзамен принимал сам глава КПССовской кафедры – Соколов и ещё два преподавателя.

Я взял билет и сел на последний ряд. Собрался готовиться, как сосед стал шептать мне, что он в пролёте, ничего не знает по доставшимся вопросам и попросил помочь. А у меня с собой было, как юморил Жванецкий. Нет, не спиртное, разумеется, а шпоры. Я подыскал соседу соответствующие бумажки. Но понимал, что по ним невозможно ответить, так как это были просто планы соответствующих первоисточников. По ним в лучшем случае можно только что-нибудь вспомнить. При условии, что в мозги хоть что-то вложено.

Нам сделали замечание за нашу общительность. Больше с соседом я не контактировал, оставив на произвол судьбы незадачливого студента. И занялся своим билетом. То есть достал соответствующую бумажку.

Увлечённый написанием конспекта моего грядущего выступления перед экзаменаторами, я не сразу заметил, как Соколов подошёл к моему столу. Он резким движением сгрёб билет: «Берите другой!»

Я посмел оспорить это решение, сказав примерно так: «Посмотрите! По этим записям невозможно сдать экзамен, если не готовиться. Я сам преподаватель и разрешаю своим ученикам пользоваться такими записями, если они сделаны лично ими». Действительно, в то время было такое поветрие в преподавательской среде, что шпаргалка, подготовленная самим учащимся, не такое уж и большое зло: ведь он работал с материалом, а план помогает систематизировать и хоть что-то запомнить.

Мои доводы не возымели воздействия. Да я и не надеялся на это. Сказал лишь для того, чтобы как-то обелить себя перед лицом этих кафедральных КаПээСэСесников. Да и перед собой тоже.

Взяв второй билет, тут же, не отходя, гордо заявил: «Буду отвечать без подготовки!» Но стул перед преподавателями уже занял очередной студент. И я отошёл, сел прямо напротив экзаменаторов на первый ряд и, прочитав билет, демонстративно ничего не записывал, злобно сверлил «экзекуторов» глазами.

Когда с этим студентом разделались, Соколов спросил меня: «Вы настаиваете? Без подготовки будете отвечать?» «Да!» – ответил я с вызовом.

Преподаватели отыгрались за мой прокол со шпорами. Выслушав ответ на вопросы билета, они минут тридцать – сорок гоняли меня почти по всей истории «родной партии». На мой взгляд, я неплохо ответил, но поставили мне наказательную оценку – «удовлетворительно». Меня и это удовлетворило. Во-первых, с плеч долой этот противный гос. Во-вторых, я всё-таки доказал, что шпоры мне не были нужны.