Одно время я увлёкся выращиванием кроликов. Хотел обеспечить прибыток для семейной продовольственной программы. Купил на Птичьем рынке парочку серых комочков. Сделал для них клетку в нашем дровяном сарае. Кормил, поил. Вырастил. Надеялся, что эти в принципе плодовитые животные дадут обильное потомство и обеспечат нас диетическим мясом. Увы, не плодились. По какой причине, не знаю. Но на всякий случай следующую пару я содержал врозь. Обеспечивал не только капустой, но и клевером. Даже несколько раз возил их кормиться на лугу в Кусковском парке. И эти прожорливые зверюшки мои ожидания обманули. Кроликовод из меня не получился.

Но пока я с ними день за днём возился в сарае, понял, что есть способ подзаработать денежки на корме для животных. Рядом с нашим сарайным «шанхаем» построили фуражный магазин, где продавали корм для всех животных. В основном – комбикорм и овёс. Почему именно на нашей, городской улице, если в принципе животных содержать в Москве было запрещено, не понятно. Издержки централизованного планирования. Благодаря появлению этой нежданной торговой точки пацаны нашли легальный способ подзаработать.

Для этого занимали очередь. Так как кормов никогда не хватало на день торговли, то на следующий уже вели запись. Химическим карандашом писали номер на ладони. А поскольку ладоней две, то, пропустив несколько номеров, снова записывались, ещё раз. Очередь домой не уходила. Очередь ночевала. Тут же, возле магазина – на траве, а то и вовсе на голой пыльной земле. При этом раза два, не меньше, в течение ночи делали перекличку. Кого в тот момент не было, должен был снова записываться. Люди, приезжавшие издалека (а в основном покупали жители Подмосковья), как правило, уже не могли рассчитывать на то, чтобы в тот же день купить корм, да и ночевать здесь не рассчитывали. Вот тут и появлялись наши ладони. За определённую мзду, конечно.

За номера платили не много. Выгоднее было купить корм, а потом его перепродать. И однажды я тоже попробовал спекульнуть. Купил мешок комбикорма, притащил в сарай и стал ждать покупателя. И он нашёлся. Вернее – она.

Вид у неё был измученный. Вероятно, приехала издалека. И уже обошла множество сараев. Почти не надеясь, спросила меня про корм. Слегка оживилась от удачи. Цена (больше магазинской) её не удивила. Заплатила и устало побрела с мешком на плече.

Сколько я выгадал, на этой перепродаже, не помню. Конечно, это была скромная сумма. К тому же мне стало гадко на душе от того, что продал дороже, чем купил. Вроде, как бы обманул, хотя именно за этой выгодой и погнался. И я «завязал» с этим «бизнесом». Но некоторые мальчишки на этих сделках заработали себе денег на велик. Ну, может быть, не целиком на велик, и родители доплачивали, но взрослые поощряли предприимчивость своих чад…