Павел Иванович быстро одолел несколько ступенек от уличной двери до лестничной площадки, где я стоял, не шелохнувшись. Генерал произнёс: «Вольно». Я во всю мощь своего нежного голоса проорал эту команду для пустой казармы. Бегло взглянув на меня, он сразу подошёл к стенгазете. Достал очки (всё-таки уже шесть десятков лет), приставил их к глазам, осмотрел наше творение довольно внимательно. Строго спросил: «Свежая?.. А почему даты нет?»
С тех пор я особо слежу, чтобы на каждом номере газеты была указана точная дата выпуска. Шучу… Понимаю, что агитации и пропаганде тогда придавали повышенное внимание, даже герои мировых войн, – время было ответственное. Но, признаюсь, я был польщён, что такой именитый читатель обратил внимание на наш «свежий» выпуск. Пусть и по должности.
Батов, как и его предшественник в Прибалтийском ВО Горбатов, личность весьма интересная. Генерал-полковник, дважды Герой Советского Союза – за победы над нацистскими армиями. Восемнадцатилетним пошёл добровольцем в Первую мировую войну, отличился, награждён двумя Георгиевскими крестами и медалями. В Гражданскую войну был на стороне красных. Под псевдонимом Пабло Фриц – в 1936–1937 годы помогал испанским республиканцам. Утверждают, что именно он стал прообразом для одного из героев книги Эрнеста Хемингуэя «По ком звонит колокол». Во время Второй мировой войны участвовал в польской и финской кампаниях и, конечно, в битве с нацистскими полчищами. Он командовал частями Красной Армии при защите Крыма, при окружении и уничтожении сил противника под Сталинградом, во время Курской битвы, при форсировании Днепра, Вислы… Его очень высоко ценил Константин Рокоссовский.
Эти сведения, разумеется, я почерпнул только сейчас. А тогда просто знал, что есть такой герой-генерал. Впрочем, а какой генерал не стал героем в 1940-е годы?! Разве только тот, кто был расстрелян Сталиным. Предшественнику Батова Горбатову чудом удалось избежать этой трагической участи. Он так же славно начинал свой боевой путь: георгиевские кресты и медали в Первую мировую, в Гражданскую тоже воевал на стороне большевиков. Но в ходе репрессий против командиров Красной армии в 1937 году Александр Васильевич был арестован за «связь с врагами». В своей книге «Годы и войны» генерал вспоминал:
«Допросов с пристрастием было пять с промежутком двое-трое суток; иногда я возвращался в камеру на носилках. Затем дней двадцать мне давали отдышаться… Когда началась третья серия допросов, как хотелось мне поскорее умереть!»