Немцы объявили русские польские губернии Польским королевством. Набирают войска, которые будут сажаться против нас. Чудовищно.
Чернышев, 28 октября
Чернышев, 28 октября
Почта сегодня принесла интересные новости, во-первых тяжелая новость та, что у нас не стало одного самого большого линейного крейсера «Императрица Мария», крейсер этот затонул на Севастопольском рейде 8-го октября, меня удивляет, почему это правительство об этом так поздно опубликовало, причина гибели этого корабля, пожар в носовой части, а о более точных причинах, пока ничего не известно. Говорят что это русский дредноут, который строился в России, русскими мастерами и из наших же материалов, стоимость его доходила до 40 миллионов это наше национальное-государственное горе, как у нас всё складывается не хорошо. Вторая новость та, что Германия пришла к соглашению, создать самостоятельное государство. Это новая затея немцев, они им дали самостоятельное государство для того, чтобы иметь возможность брать поляков на военную службу и пополнять немецкие ряды. Интересно что будет дальше.
М. М. Богословский, 31 октября
М. М. Богословский, 31 октября
Я заходил в Сберегательную кассу взять свою книжку и слышал разговор двух служителей: «Что уж вести войну дальше! Ослабли! Берут стариков, что они теперь сделают? Ни ходить, ни бегать не могут! Уж если с молодыми ничего не сделали, что ж теперь со стариками сделают!» Если такое настроение начнет распространяться – трудно будет вести войну дальше.
Ноябрь
Ноябрь
П. Н. Милюков, 1 ноября
П. Н. Милюков, 1 ноября
– Господа члены Государственной Думы. С тяжелым чувством я вхожу сегодня на эту трибуну. <…> Мы потеряли веру в то, что эта власть может нас привести к победе, ибо по отношению к этой власти и попытки исправления, и попытки улучшения, которые мы тут предпринимали, не оказались удачными. Все союзные государства призвали в ряды власти самых лучших людей из всех партий. Они собрали кругом глав своих правительств все то доверие, все те элементы организации, которые были налицо в их странах, более организованных, чем наша. Что сделало наше правительство? <…>
Господа, тогда, год тому назад, был отдан под следствие Сухомлинов, теперь он освобожден. Тогда ненавистные министры были удалены до открытия сессии, теперь число их увеличилось новым членом. Не обращаясь к уму и знаниям власти, мы обращались тогда к ее патриотизму и к ее добросовестности. Можем ли мы это сделать теперь? <…>
Мы говорим правительству, как сказала декларация блока: мы будем бороться с вами, будем бороться всеми законными средствами до тех пор, пока вы не уйдете. Говорят, что один член совета министров, услышав, что на этот раз Государственная Дума собирается говорить об измене, взволнованно вскрикнул: «Я, быть может, дурак, но я не изменник». Господа, предшественник этого министра был несомненно умным министром так же как предшественник министра иностранных дел был честным человеком. Но их теперь ведь нет в составе кабинета. Так разве же не все равно для практического результата, имеем ли мы в данном случае дело с глупостью или с изменой?