Поэтому, господа, во имя миллионов жертв и потоков пролитой крови, во имя достижения наших национальных интересов, во имя нашей ответственности перед всем народом, который нас сюда послал, мы будем бороться, пока не добьемся той настоящей ответственности правительства, которая определяется тремя признаками нашей общей декларации: одинаковое понимание членами кабинета ближайших задач текущего момента, их сознательная готовность выполнить программу большинства Государственной Думы и их обязанность опираться не только при выполнении этой программы, но и во всей их деятельности на большинство Государственной Думы.

Кабинет, не удовлетворяющий этим признакам, не заслуживает доверия Государственной Думы и должен уйти. (Шумные аплодисменты).

«Петроградский листок», 2 ноября

«Петроградский листок», 2 ноября

Речь П. Н. Милюкова.

Блестящую речь произносит затем П. Н. Милюков. Яркая по форме и по содержанию, она производит глубокое впечатление на всю Думу. Даже лица, не входящие в блок, признали ее одной из лучших речей, которые когда-либо произносились в Государственной Думе.

Речь эта задержана и оглашению не подлежит.

«Российский гражданин», 2 ноября

«Российский гражданин», 2 ноября

Речи, произнесенные вчера при открытии Государственной Думы гг. Чхеидзе и Милюковым, не разрешены цензурою к напечатанию в газетах, но публика и члены Думы, которые слыхали эти речи, разнесут их, конечно, по всей России, и если правительство не примет немедленно решительных мер, то Павел Николаевич Милюков сыграет такую же роль, какую сыграл г. Барнав, лидер «друзей конституции», в истории французской революции…

Многочисленные памфлеты, листки и журналы распространяли в 1789 году злобную клевету про правительство Франции, обвиняя его в том, что оно будто бы сносится с иноземными врагами Франции и предает родину. На почве такой гнусной клеветы легче всего смутить народные массы.

П. Ф. Булацель

3. Н. Гиппиус, 4 ноября

3. Н. Гиппиус, 4 ноября

Первого открылась Дума. Милюков произнес длинную речь, чрезвычайно для него резкую. Говорил об «измене» в придворных и правит, кругах, о роли царицы Ал., о Распутине (да, и о Грише!), Штюрмере, Манасевиче, Питириме – о всей клике дураков, шпионов, взяточников и просто подлецов. Приводил факты и выдержки из немецких газет. Но центром речи его я считаю следующие, по существу ответственные, слова: «Теперь мы видим и знаем, что с этим правительством мы также не можем законодательствовать, как не можем вести Россию к победе». <…> Речь произвела в Думе впечатление. Чхеидзе и Керенскому просто закрыли рот. Всем остальным не просто, а по печатному. Не только речь Милюкова, но и речи правых, и даже все попытки «своими средствами» передать что-либо о думском заседании – было истреблено. Даже заголовки не позволили.