Тем летом 1993 года Билл снова с удовольствием вернулся на озеро Рэйнбоу. Старый деревенский домик, когда-то принадлежавший матери Доди, уже был не тем, в который Билл впервые вошел почти полвека назад. Жилище обновили, расширили, старую веранду превратили в две гостевые спальни с большими кроватями. После смерти матери летний дом у озера перешел к Доди и ее брату, доктору Фрэнсису Бейкеру, хирургу-ортопеду, большую часть жизни проработавшему в Адирондакских горах. Свежий горный воздух, яркие лучи солнца, пробивающиеся сквозь деревья, напоминали о безмятежных днях юности. Билл с радостью говорил о былом, но его внезапное возвращение в их семью очень удивило Фрэнсиса. После окончания медицинской школы Рочестерского университета они не общались. Когда Билл стал знаменитым, Фрэн следил за его успехами, но ни разу даже не позвонил. Проводя лето в домике у озера, Фрэн вспоминал, что ему нравилось и не нравилось в Билле Мастерсе. Как-то вечером, когда Доди уже ушла спать, Билл отдыхал в гостиной в халате поверх пижамы. Фрэн спросил о Вирджинии и о том, почему они поженились. Билл признался, что никогда не любил бывшую супругу. Фрэн услышал ту самую эмоциональную отрешенность, которую помнил еще со времен совместного проживания в одной комнате. «Это было так типично для Билла – он был человеком холодным, аналитического склада», – вспоминал он. Тем вечером Билл с такой же отрешенностью говорил о первой жене, Либби, и о детях, Хоуи и Сали, которых он редко видел из-за плотного рабочего графика. «Не думаю, что дело в характере, – говорил Фрэн о равнодушии Билла. – Думаю, правда в том, что он всю жизнь любил одну Доди». В церкви возле Лейк-Плэсида Уильям Мастерс в возрасте 79 лет сочетался браком со своей 76-летней нареченной, Доди. На церемонии 14 августа 1993 года присутствовали несколько друзей и коллег из Сент-Луиса. После обмена клятвами Билл слегка коснулся губами губ невесты. «Да ладно Билл, ты же можешь и лучше», – подначил священник. Позже этих разменявших восьмой десяток неразлучников называли одной из главных пар года. Для любопытствующей прессы Билл еще раз подтвердил свои открытия касательно сексуальной активности в зрелом возрасте. «Это не кончится до самой смерти, – говорил он. – Но для меня романтика – это смотреть на нее, сидя напротив за обеденным столом. Она такая красивая».

Хоуи и Сали, стоявших на стороне матери, Либби, которая была еще жива, возмутила причудливая история о забытых розах, что Билл поведал национальным СМИ. Однако мечтательное выражение обычно сурового лица Билла свидетельствовало о безоговорочной его радости по поводу женитьбы. «Он был так романтичен и так давно знаком с ней», – рассказывал Мартин Пол, научный писатель, тогдашний муж Сали. Джудит Сейфер, терапевт, работавшая с Биллом в последние годы, говорила, что все, кто знал Билла как знаменитого соавтора Вирджинии, как фанатичного ученого, привязанного к своей лаборатории, не верили в его рассказы о Доди, хотя они и были правдивы. «Многие считали, что единственной страстью в жизни доктора была его работа – но это не совсем так, – объясняла Сейфер. – Его страстью была Доди, его последняя жена».