— Грачев, и особенно Хетти, были недовольны затеей Наир, но им оставалось лишь подчиниться.

Проливной дождь жесткими струями хлестал по листве деревьев, гнул к земле кусты роз. Близкие вспышки молний сопровождались громовыми раскатами. По склону текли обильные потоки, соединялись. бурля быстрой рекой.

Как и все Наир промокла до нитки и, конечно, была рада этому. Сняв одежду, размахивая ею, она запела древний гимн. Звонкий голос слышался в раскатах грома и шелесте дождя колдовской песней. Словно дикую стихию пробудила эта дерзкая женщина. Эвис, а потом и Кени присоединились к ней, азартно, неистово кружась в серебряных струях. С веселым хохотом они подбежали к голубым колоннам дома намного опередив мужчин, не пожелавших разделить забаву. Ворвавшись под портик, все трое начали громко призывать хозяина. Когда отворилась дверь Эвис увидела ваятеля о искусстве которого, да и о странностях часто говорили в Ану. К ее удивлению он был намного моложе Мэя или таким его делали яркие, как цвет незабудок глаза и еще смущение проступившее на лице бледном, с тонкой линией губ. Сухой рукой Данэ смахнул мучнистый налет со складок туники, распахнув шире дверь отступил, отчего стало трудно понять: приглашает ли он гостей или наоборот сторонится.

— Встречай, истязатель камня! — настоял Кени и бесцеремонно прошествовал в дом, набросил вымокшую одежду на бронзовый жезл украшавший выступ стены. — Признайся: ты не знаешь этих людей? Конечно, они — те двое с далекой земли. Ну не стой же деревом — принеси теплые сухие плащи, хотя бы по куску грубого холста, коим ты укрываешь поделки. А я пока разведу очаг.

— Славный мастер, это я придумала навестить тебя, — стирая потеки синеватой краски с глаз, призналась Наир. — Дождь не остановил нас. Наверное получится нескучный вечер. Радуйся же! Может ты, очарованный моим телом, изобразишь когда-нибудь и. меня?

— Скоро дни слезливой Скеры — дожди холодны. А у меня есть хорошее вино: мы подогреем его и. всем станет теплее, — говоря так Данэ смотрел на Эвис, будто никого, не существовало вокруг и, когда хронавт, польщенная неожиданным вниманием улыбнулась, в нем осталось уже мало от прежнего человека, отрешенного от земных радостей.

Пока Хетти и Грачев возились с сырыми, поленьями, расцепляя их тупым, крепким ножом и укладывая в зев большой печи. Женщины убирали ужасно загрязненный стол, выбегая во двор, мыли посуду под потоками, дождевой воды.

Кени, разостлав мохнатые козьи шкуры ближе к огню создал достаточный уют. Скоро закипело вино, поплыл тонкий запах пряных трав и сладкий запах трещавших на жаровне каштанов.