Создание новой системы шло с трудом — но по видимости мирно. Я сторонился представителей Курии, а та делала мирный вид и, убедившись в бессмысленности противодействия, прекратила ставить мне палки в колёса. Само собой, правительству хватает аналитиков и здравого смысла, чтоб понять — разговоры о моей злобности и алчности наталкиваются на раздражение и неприятие. Размышляя об этом, я злорадствовал — возможно, авансом, но с наслаждением. Привкус еды, которой меня кормили в плену, время от времени всплывал в памяти. Об этом не стоило думать, чтоб сохранять трезвость и выверенность суждений. Но так уж получалось…

Да, в Курии, как раньше лишь в Гильдии, я видел несомненного врага. Но относиться к ним следовало, как к ценным союзникам: улыбаться, играть в дипломатию, уходить от ответов и ставить свои условия. И хорошо, что у меня сохранялась подобная возможность.

— Так что же вы планируете делать дальше, Лексо?

Мы с Дьюргамом стояли на куриальной башне Хиддалоу. Зрение полностью вернулось ко мне, и я пока не перестал наслаждаться этим. Отсюда, с высокой стены квадратного многоуровневого старинного строения, отлично виден был бледно-перламутровый блеск воздуха над новым обелиском. Поднятый одним из последних, он хранил в себе лучший камень, который Жилан сумела добыть — не на Шри-Ланке в этот раз, а в Африке, в Лесото. Отменный алмаз: чудесный, белоснежный, настоящее сокровище! Что ж, теперь я мог себе позволить и такой ресурс. А Мониль щедро вознаградит меня за затраты.

В Хиддалоу я возвёл источник всего две недели назад, он завершил систему энергетических образований первой очереди. Магический мир опоясала первая, ещё редкая цепочка кристаллических обелисков, которые должны были обеспечить монильскому обществу самый минимум энергии, а следовательно, жизнеспособность. По второму кругу я пойду тогда, когда буду убеждён, что обелиски первой очереди безупречны. Пока сомневаться в этом не приходится. Но хорошо бы ещё какое-то время понаблюдать за развитием магических средоточий.

— Очевидно же. Работа только начата. Я собираюсь продолжать её.

— Вы ведь понимаете, о чём я говорю. — Дьюргам вздохнул. — Разумеется, последние новости до вас ещё не добрались. Монильские граждане требуют, чтоб я немедленно освободил пост главы Курии. Да, у них есть такое право. Думаю, вы догадываетесь, кому я должен буду передать свою цепь.

— Нет.

Снова вздох. И усмешка. Конечно, я догадался, что он имеет в виду, и отдал должное его выдержке. Легко догадаться, что сейчас он, пожалуй, хотел только одного — вцепиться мне в горло. Но вот же — улыбается и выдерживает корректный дружеский тон!