Как хорошо, что мой собеседник её не слышал. С Пресвященным мы расстались без малого друзьями — может быть, только внешне. Но какая разница? Важна была лишь видимость, потому что только она, а не тайная симпатия, могла дать мне крепкую опору и политическую поддержку. Именно на это я рассчитывал.

А проведя разговор со Сламетом, сделал вывод, что, пожалуй, выиграл и этот раунд. Правильным было моё решение пригласить в союзники Пресвященного, никто другой не смог бы дать мне такие полезные советы. Даже те удары, о которых я сперва и не догадывался, всё равно достигли цели. По глазам собеседника легко было прочитать: он понял, что его поймали, как кролика в силок. Дёрнувшись пару раз, лишь убедился, что петли прочно затянулись вокруг шеи, — и красиво отступил. Сделал вид, будто так и надо. Может быть, его поддерживала надежда вывернуться, или позолотить пилюлю, однако новый глава Гильдии принялся торговаться. Похоже, рассчитывал, что ловушка со временем ослабнет, а пока надо жить, действовать и по возможности представлять себя победителем в глазах подчинённых и паствы.

Однако своё нынешнее поражение он понял правильно. И когда я завёл разговор о ключах покоя-раковины, собеседник уже был раздавлен. Кажется, даже условие принял как должное. Он явно ожидал чего-то подобного, а безошибочность удара лишь сделала его достойным всех предыдущих. Я видел ненависть в глазах нового Сына чародея, только-только поверившего было в близкий триумф. Но какое мне было дело до его ненависти? Меня интересовало только его бессилие.

Так что же, я получу свои ключи?

Да, получу…

Сложнее всего было не допустить ни нотки извинения в беседе. Тому, кто привык интеллигентно договариваться, трудно давить. Меня поддерживал опыт ведения собственного бизнеса, но каждый раз приходилось делать над собой серьёзное усилие. К счастью, Сламет был чересчур поглощён своими бедами, чтоб заметить мои колебания.

Я получил ключ в тот же день, когда под моими руками обрёл очертания первый из числа новых гильдейских обелисков — таков был уговор. Предмет напоминал обтёртую фигурку крылатого демона — по крайней мере, именно так мне показалось. Особой магии в штуковине не ощущалось, и её ценность казалась сомнительной. Но мне отдавали её с таким видом, что, пожалуй, главе культа Сияния стоит поверить. Любопытно, в чём её тайна.

— Преторию придётся сделать вид, будто я ему нравлюсь. И оказать мне поддержку. — Это я заявил новому Сыну чародея, когда тот пришёл смотреть на новый источник гильдейской мощи. — Понимаю, не очень-то хочется. Но придётся. Вы ведь хотите, чтоб обелиски давали вам много энергии. Смотрите, этот уже набирает силу. Он покажет ещё больше.