— Из-за тебя я вынужден тут находиться всегда — ни жив, ни мёртв. Темнота и холод. Всегда. Всё ты. Я заставлю тебя остаться здесь со мной. И его тоже.

Металлический палец указал на живот Евы, и та укрыла ладонями, спрятала его, отступая от чудовища, продолжающего надвигаться.

— Вы не сделаете этого, — дерзко выкрикнула Ева. — Это и ваш ребенок тоже! Вы и его убьете?

— Мне плевать, — злобно выдохнул монстр. Неясный отсвет лег на его плечи, и Еве показалось, что он весь порос длинными гремящими металлическими иглами, как дикобраз. — Я хочу в клочья вас обоих разорвать.

Вскрикнув, Ева отпрыгнула и помчалась прочь по хрустким ледяным колким звёздам, прочь от грохочущего издевательского смеха, и её развевающаяся одежда походила на облака остывающего газа в этом умирающем, застывающем холодном мире.

— Тебе никуда не убежать, — впереди, словно раскалённые на солнце планеты, вспыхнули страшные глаза, и Ева, затормозив, обдирая босые ступни о холод звёзд, отпрянула, и кинулась в другую сторону. Её крик был беззвучен, потому что застыл в густом неподвижном мраке, и был жив только голос чудовища, потому что он тоже был частью этого умирающего космоса.

* * *

— Да проснитесь же!

Горячая рука Вайенса, крепко встряхивая за плечо, вырвала Еву из ночного кошмара, и она ощутила, как с тонкого стекла на подбородок капает вода, а зубы выбивают бешеную дробь по кромке стакана.

— Ещё! — командовал Вайенс, вливая в её рот воду и не позволяя вою перерасти в истерику. — Пейте. Так.

Ева, ухватив его за руку обеими ладонями, жадно глотала воду, и дрожь постепенно покидала измученное тело. Наоборот, в постели было невозможно душно, тело горело огнём, и только ступни до сих пор сохраняли ощущение стылого ломкого льда.

— Что? — спросил Вайенс, внимательно всматриваясь в её покрытое липкой испариной лицо. — Кошмар? Что-то с ребенком?

Ева положила руки на живот и с облегчением вздохнула. Слабое шевеление внутри её тела говорило о том, что дитя было живо.

— Мне приснилось, — пробормотала Ева, натягивая на плечи одеяло.

— Вейдер? — насмешливо фыркнул Вайенс, поднимаясь с её постели. Ева с удивлением воззрилась на него:

— Откуда вы…

— Вы кричали во сне, — пояснил Вайенс, поставив пустой стакан на прикроватный изящный столик. — И не могли никак проснуться.

Только сейчас Ева сообразила, что позабыла закрыть свои тайные двери, и даже обрадовалась этому.

* * *

Утром Вайенс вел себя совершенно спокойно, так, словно ничего такого особенного не происходило, и словно он никуда никогда не улетал с Риггеля, а всегда находился здесь, и будто каждый его день начинался с завтрака с Евой в общей столовой.