– А я-то надеялся… – постарался пошутить некромант.

Аэ улыбнулась уже шире.

– Мы про это говорили.

– Угу. Едва ли маэстро Гольдони имеет большой опыт общения с костяными драконами.

– Не имеет, – энергично закивала Аэ. – Да и откуда ему?

– Здесь были эпидемии. Не хуже той, когда погиб Фрегот, знаменитый чародей, маг воздуха. Помнишь, тот могильщик рассказывал?

Аэ медленно кивнула.

– Трупы сваливали в катакомбы, пока оставалось, кому сваливать. Потом немногие уцелевшие бежали куда глаза глядят, вернее сказать – уползли по норам и пещерам. Такие захоронения, особенно когда без некромантского пригляда, костяных драконов дают почти всегда. Так что насчёт этого погоста я, пожалуй, перегнул палку.

– Ты никогда не перегибаешь палку, – она быстро поцеловала его в висок, легонько, словно ветерок, коснувшись сухими губами. – Луна всё выше, мой повелитель. Пора идти. Костёр наш дело своё наверняка сделал.

Фесс кивнул, усмехнувшись на «повелителя». Тело слушалось чуть лучше, чем давеча в траттории и по дороге к этому городку мёртвых.

– Ты права, дочка.

Теперь усмехнулась уже драконица.

– Я – это я. Во мне память крови, ты не забыл? Я помню всё, и я могу стать кем угодно. Кем захочу. И кем захочешь ты.

Её рука по-прежнему лежала на его плече.

– Пойдём, – вдруг тихонько проговорила она, словно испугавшись собственной смелости. – Мы достаточно отдыхали.

Оставив костёр гореть и бросив в него то, что должны были бросить, они молча двинулись прочь от него, в темноту.

Луна поднялась, когда они оставили позади, наверное, целую лигу и башня маэстро Гольдони чётко обрисовалась на фоне звёздного неба. Тёмный палец, вонзившийся в усыпанное блёстками бархатное покрывало. Ни огонька, полная темень.

И тишина.

Птицы, жуки, цикады, потрескивания и похрустывания – всё живое, что несла в себе мягкая южная ночь, остались позади. Нагой каменистый склон, от дороги, что не могла не вести к замку, даже к его развалинам, не осталось и следа.

Острые камни торчат, словно колья, набитые перед палисадом.