— Я сотру ее прежде, чем ты сможешь вытащить мой штепсель из розетки.

Мур остановился и топнул ногой. Трейлер затрясся.

— Чтоб ты провалился! Ты же сдох. Я сам видел, как вон они тебя похоронили. И вот ты тут, пытаешься без мыла влезть в рай…

Программа-Уилкс рассмеялась.

Мур снова вздохнул. Он выглядел страшно усталым.

— Что тебе надо?

— Ну, об этом как-то неудобно говорить… но я не совсем знаю, что именно и как я могу сделать. М-м-м… неправильно. Лучше сказать так: я знаю, что именно мне хочется, но я не знаю, с какими именно козырями мне играть. То есть, у меня есть идея, с кем мне надо поторговаться, но эта мысль…

— Что тебе надо? — сквозь зубы сказал Мур.

— Ну как что? Роскошное новое тело, такое же, как у Сэма.

Мур с мученическим видом вздохнул:

— Ну, я-то его тебе дать не могу!

— Нет, ты — нет. Но вот Джейк, может быть, и может.

Глаза Мура сузились.

— Вот как?

— Ну да. Я знаю завод, знаю, что он может делать. Он может производить практически все на свете. Наверняка он может создать мне такое же тело, как у Сэма. Я бы охотно поспорил, что Прим сделал Сэму тело именно здесь. Но вот что-то мне кажется, что завод не станет для меня ничего такого делать — можно сказать, что я почти уверен, что не станет. Но Джейк тут приобрел репутацию почти художника, артиста от конструирования. Правильно, Джейк? Они сделают для тебя все, что ты им скажешь.

— А почему бы и нет? — сказал я. — Конечно, Кори, договорились.

— А ну-ка погодите, сукины дети, — сказал Мур. — Ни о чем мы не договорились, если тут для меня нет доли! Понятно, вы? — он подождал, не ответим ли мы на это. — Я сказал, понятно вам?!

Сверкнула вспышка света, и сзади, из трейлера, раздался громкий треск. Мур отскочил назад и упал на колени, вытащив пистолет. От того места, где стоял Мьюррей, поднимался столб голубого дыма. Я присмотрелся. На полу завода лежала кучка обугленного вещества: почерневшая бедренная кость, ребро, осколок черепа. Больше ничего не было, кроме горстки пепла.

Мур медленно поднялся. Он осторожно подкрался к тяжеловозу, глядя на обугленные останки своего подручного. Вонь горелого мяса наполнила трейлер. Лицо Мура побелело, потом налилось холодным гневом. Он навел на меня пистолет.

— Провались ты пропадом! — выдохнул он, потом завопила. — Будь ты проклят!