ФантастикаВирикониумстр 211
Светлый фон
Это было время, когда кончается день и начинаются сумерки. Темнело. Из надвигающейся пелены морского тумана налетали брызги дождя вперемешку с крупными хлопьями мокрого снега. Унылая пустошь тянулась далеко вглубь материка — темный, вытоптанный и выщипанный овцами дерн, черный утёсник и согбенные кусты боярышника. Узкие расщелины уходили на север: казалось, кто-то рассек известняк до залегающих под ним метаморфических сланцев, оставив прорези под прямым углом к линии прибоя. То там, то здесь виднелись старые металлические мостики, построенные где попало. Над всем витал дух запустения. Мы провели ночь, сбившись у подножия разрушенной каменной стены, не зная, что впереди, примерно в миле отсюда, открывается вход в Железное ущелье, где нам предстоит оказаться в самом сердце странной войны, которую ведет под дикими знаменами сумасшедший принц. Ржавое железо скрипело на ветру.

На следующее утро обнаружилось, что призрак Посеманли покинул их, но об этом Целлар не упомянул. Не рассказал он и о том, как они взгромоздились на своих промокших, понурых лошадей, которые тупо таращились на пустошь, простиравшуюся далеко вглубь материка — полуплодородную полоску торфа, изборожденного трещинами, поросшего жестким вереском, где из дыр и пустот вытекает смертоносная жидкость. Это была наиболее заболоченная окраина Великой Бурой пустоши. На бесконечных склонах, поросших мокрым луговиком, неожиданно возникали «окошки», полные бурой воды. Скалы причудливой формы торчали вдоль изломанной линии горизонта; ветер обтачивал их, придавая им смутное сходство с живыми существами. Таково их последнее предназначение… В том или ином смысле, таково последнее предназначение всего сущего, когда наступают долгие Сумерки Земли.

Возможно, у путешественников разыгралось воображение, но перед лицом приближающейся старости мира их охватил трепет.

Вместо того чтобы повернуть на восток, Эльстат Фальтор повел своих спутников сначала по утесам, а затем вниз, в Железное ущелье. Они следовали за ним, как горстка беженцев, спасающихся от бедствия, которому суждено остаться в летописях, их головы клонились под жестокими ударами Времени.

Циклопические стены Железного ущелья старше Послеполуденных культур. Кто строил их, с какой целью и осознавал ли эту цель до конца — неизвестно. Массивные необработанные блоки, из которых они сложены, родом не с этого побережья — они вырублены из гранита далеко на севере. Кто и когда доставил их оттуда, чтобы скрепить железом и сложить на берегу холодного моря, — тоже никто не знает. Черные, влажные от тумана, они похожи на отвесные стены фьорда, в который вмурованы — на бесплодные допотопные сланцы, застывшим водопадом уходящие в эбеновое море. Огромные здания на пристани тоже черны; их назначение давно забыто, и большинство из них обветшало. Ныне жители порта питаются рыбой, яйцами чаек и бараниной. Запуганные своим местоположением, временем и морем, беленые известкой домишки в тревоге жмутся к древним исполинским стенам. Дорога, опасно петляя среди крошащегося сланца, убегает вверх по склону, к высокогорным пастбищам.