— Назад!!!

Нос раскололся и начал медленно раскрываться, точно бутон. Корпус оседал, гремя и содрогаясь. Ледяная вода, бурля, устремилась сквозь раскрошенную обшивку бортов. Выбленки и фалы огненными фестонами качались на сломанном бушприте. Хорнрак стащил сумасшедшую с лошади и отволок в сторону. Девушка шмыгала носом. Над головой летели искры. Пылающая громада корабля качнулась и ушла под воду чуть глубже. Еще один парус упал. Хорнрак успел мельком разглядеть нарисованный на нем любопытный герб: шестиугольник — кажется, все его стороны были разной длины, — по которому ползали ящерицы с ярко-оранжевыми шеями. В следующее мгновенье полотнище, шипя, стекло в море.

И тут на баке гибнущего судна появилась одинокая фигура, залитая кровью.

— Нас убили! — прорыдал человек, глядя на Хорнрака безумными глазами, взмахнул своим коротким мечом и разрубил пылающий рангоут. — Будь проклят этот туман!..

И вдруг, словно подброшенный катапультой, с пронзительным воплем упал в воду.

— Хорнрак!

А Хорнраку вспоминались костры, горящие в ночь солнцестояния на темных сырых пашнях — забытый обряд из детства… Он почти с неохотой отвернулся от этого зрелища, чувствуя, что кожа на лице задубела от жара.

Фальтор, Гробец-карлик и старик стояли чуть в стороне. На залитую мерцающим светом площадь сбегались люди.

— Это вас тоже касается, Фальтор! — крикнул Хорнрак — как крикнул бы, возможно, у подножья Минне-Сабы, где по ночам враждующие клики Низкого Города выясняют отношения, не заботясь о правилах чести. Сумасшедшая по-прежнему висела на нем, и он выронил непривычный меч.

— Дело дрянь, девочка. Слазь.

Клинок зазвенел на щербатых каменных плитах. Лошадь наступила на него. Легкие разорвал мучительный приступ кашля. Наемник напряженно размышлял над происходящим, однако заметил, что туман вокруг рассеивается, как сон, открывая взгляду огромные причалы и навесы для лодок. Городок… сизые сланцевые утесы… Вопили морские птицы, скользя над водой. Даже облака уплыли куда-то прочь. Если не считать мертвых моряков, на рейде не было ни души. И если не считать обломков судна, которые с бульканьем погружались в воду, сползая с пандуса, в гавани было пусто. Угрожающе пусто. Озадаченный, Хорнрак вытащил нож и двинулся вперед, ведя за собой лошадь.

7 Святой Эльм Баффин и мореходы Железного ущелья

7

Святой Эльм Баффин и мореходы Железного ущелья

Туман над поселком рассеялся, и сразу запахло копченой рыбой и солью. Фальтор и его спутники стояли, окруженные толпой, и чувствовали себя весьма неуютно. Эти люди не были вооружены, но зачем оружие при таком численном перевесе? Хорнрак поднял нож. Жители Железного ущелья окружали его, напоминая выживших в некой забытой колониальной войне — войне, где сражениями именуются стычки, не преследующие общей цели, войне без победителя. Хрупкие женщины, вежливые и рассудительные, несколько детишек с голыми ручками и ножками… Ни одного юноши — лишь несколько стариков, тяжело переставляя ноги и поднимая тяжелые воротники, щурят синие глаза, выцветшие и слезящиеся от холодного ветра. Все они — старики, женщины, дети — смотрели на незваного гостя в упор, с вызовом и без малейшего любопытства. Он тоже смотрел на них — смущенно, хотя вряд ли мог толком объяснить, откуда взялось это чувство.