– Меня больше волнует, куда именно она прячет мясо, – сказала я. – Не в лесу же закапывает…

– А есть варианты? – покосился на меня Август. – Самое надежное и охраняемое место в лагере – наша палатка. Ручаюсь, склад у нее под твоей койкой.

Я застонала.

– Да, и в палатку она никого не пустит, так что мясо дождется нас. Вместе с прочими объедками, мухами и ароматом.

– О Господи… надо улучить момент и заглянуть туда. Может, запереть Ваську в катере?

– Спасибо. Палатку можно просто выкинуть. А вот что останется от катера, если сибирский киборг прокопает из него путь наружу, я боюсь и угадывать.

Индейцы пировали. Августу подносили кувшин за кувшином. Куда он сливал кумыс, неясно, под ним было сухо, но он не пьянел. Я есть не могла. Патрик уже к середине дня лыка не вязал. Василиса сновала между кострами и своими «закромами».

– С чувством меры у нее явно плохо, – сказала я.

– Впереди зима, бескормица, вот и запасается, – ответил Август.

– Блин. Тоже мне, нашлась белочка. Сколько нам тут еще сидеть, ты не знаешь?

– Еще три часа. Потом нас проводят в отдельный шатер и оставят в покое.

– Надеюсь, его поставят подальше от эпицентра веселья. Потому что я устала как собака, и если мне не дадут поспать, то завтра превращусь в очень злобную собаку.

– Делла, возьми себя в руки. Завтра будет еще тяжелее, чем сегодня. Зато завтрашняя ночь обещает быть относительно тихой, потому что в планах стоит показательная ночная рыбалка.

– Ты рыбу-то ловить умеешь?

Август удивился:

– Конечно. Не знаю, с чего Патрик решил, будто не умею. Я рос, как все нормальные шотландские мальчишки из хороших семей. Рыбалка, охота, море – это наши традиционные радости, мы их холим и лелеем. На Кларионе я уже после университета любил уйти в горы на недельку. Один. Без палатки, без запасов провизии, пешком. Ел то, что подстрелил или поймал в реке, готовил на костре. Когда надо, я умею быть очень неприхотливым. Все, что мне действительно необходимо, умещается в спорране.

– То есть Патрик хотел устроить сюрприз тебе, а получит сам?

Август повел плечом:

– Так всегда бывает, когда начинается игра «Давайте предложим Маккинби справиться». Надо мной все годы учебы так издевались. Придумывали какую-нибудь чушь и ждали потехи. Потеха не удалась ни разу. Но желающих становилось только больше. Видимо, я провоцирую людей на глупости. Им ужасно хочется самоутвердиться за мой счет, одержать победу, пусть даже коллективную.

– Ничего удивительного. Ты слишком идеальный. Само совершенство. Естественно, им хочется найти в тебе хоть один недостаток.