– Мне грокается, что они все-таки лохи.

– Да, милый, да, конечно, но говорить так невежливо.

– Я запомню.

– Ты уже решил, куда мы дальше?

– Нет. Когда время придет, я буду знать.

И верно, Майк всегда знал. С момента своего резкого, неожиданного перехода от послушания всем и вся к доминантности он день ото дня прибавлял в силе и уверенности. Робкий мальчик, которому было не под силу удержать на весу пепельницу и пресс-папье, повзрослел, окреп и теперь с легкостью поднимал в воздух далеко не субтильную девушку, занимаясь параллельно прочими делами. Создавалось впечатление, что его силы вообще безграничны. Вспомнить хотя бы тот случай, когда пустырь, любезно предоставленный горожанами карнавалу, превратился после дождя в болото, и в этом болоте увяз грузовик; двадцать мужиков его вытаскивали – и не смогли, а затем подошел Майк, уперся плечом, и застрявшее заднее колесо мгновенно выдернулось из грязи. Майк, конечно же, сделал вид, что имеет к тому самое малое отношение, так что никто ничего даже и не заподозрил.

А еще Джилл вспомнила, как он наконец грокнул, что неодушевленные предметы – в отличие от живых существ – можно «исчезать» безо всякой в них «неправильности». То, прежнее ограничение предназначалось только для детенышей, взрослый мог поступать по своему собственному гроканью. (Например – раздеть шерифа и судью. Или Джилл.)

Интересно, чего еще можно от него ждать? Как бы там ни было, беспокоиться особенно не о чем, Майк – человек умный и добрый.

– Майк, а вот было бы здорово, если бы здесь, в этой ванне, с нами были и Доркас, и Энн, и Мириам. Ну и, конечно, папа Джубал, и ребята, и… ну, вообще, вся семья!

– Ванны не хватит.

– Ничего, в тесноте, да не в обиде. В бассейне, конечно, просторнее. А когда мы снова их навестим? Джубал говорит, что соскучился без нас.

– Грокаю, что скоро.

– «Скоро» – по-марсиански? Или по-земному? Ладно, милый, это будет, когда ждание исполнится. К слову сказать, скоро – по-земному «скоро» – здесь будет тетушка Пэтти. Ты меня помоешь?

Джилл встала. Кусок мыла вылетел из мыльницы, быстро прошелся по всему ее телу и вернулся на место; еще секунда – и мыльная пленка вскипела пеной.

– Ой, ты что, щекотно же!

– Ополоснуть тебя?

– Не надо, лучше окунусь.

Джилл присела на корточки, поплескала на себя водой и снова встала.

– Ну вот, как раз вовремя.

Послышался стук в дверь, а затем – знакомый голос: