Ноги Майрона подкосились.

Чёрный гигант сутулясь, навис над обгоревшим телом, таким тонким и хрупким. Пламя поглотило густые кудри, полакомилось плотью, слизав её до кости, выело прекрасные глаза, иссушило и превратило в пепел всё остальное. Собственные глаза Майрона метались по останкам, руки дёргались, будто порываясь обнять, но бессильно опадали. Он упустил свой последний шанс ещё во время расставания с учеником, и теперь уже никогда не сможет обнять Обадайю. Горечь и смертельная тоска рвали грудь, гигант дрожал. Каждое твёрдое слово, каждое суровое наставление, данные мальчику прежде, казались теперь жестокими и несправедливыми, он всё это забрал бы назад ради того, чтобы ребёнок ожил, но понимал, что с Фонарщиком не торгуются. Майрон не смог уберечь бесценный дар свыше… свет мира иссяк.

Боль выгнула спину дугой, гигант запрокинул голову и горько завыл, по щеке стекла слеза, – первая за его полную испытаний жизнь.

///

Мучения были настолько сильны, что Майрон провалился внутрь себя, туда, в конец каньона, оказался пред огненным столбом.

– ТЩЕТНЫЕ НАДЕЖДЫ, ГЛУПЫЕ ПОМЫСЛИ, – ВСЁ, ЧЕГО ТЫ ДОСТИГ, ИДЯ СВОЕЙ ДОРОГОЙ, ПОТОМОК. ПОСМОТРИ, ВНОВЬ ТЕРЯЕШЬ, И БУДЕШЬ ТЕРЯТЬ ВСЕГДА, ИБО ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ОТ СОБСТВЕННОЙ ПРИРОДЫ. ПОСМОТРИ, ЭТОТ ЛОЖНЫЙ БОГ УБИЛ ТВОЁ ДИТЯ. НЕ ХОЧЕШЬ ЛИ ТЫ СВЕРШИТЬ ВОЗМЕЗДИЕ?

Отчаяние и горечь утраты слились в котле гнева и рот Майрона растянулся в оскале, с дымом и искрами меж зубов просочилось рокочущее «Да!»

– НАКОНЕЦ-ТО, – удовлетворённо кивнул тот, внутри столба, – ТЫ ОЧИЩЕН В ДОСТАТОЧНОЙ МЕРЕ. ПОВТОРЯЙ: UTNAG ONGRI BOREN SHIE!

– Шире небес крылья мои! – закричал Майрон истошно.

– ANGREN SORUZ DIEL SHIE!

– Жарче солнца огонь мой!

– VAGORN NAZGOT IYCHASH SHIE!

– Крепче алмаза чешуя моя!

– DUMGOJ ROHAN VARN SHIE!

– Звонче грома рёв мой!

– VAYSHAN UMLO CORN SHIE!

– Глубже бездны голод мой!

– ETNAG LARGA GOROTT SHIE!