– В красном… – повторил он. – Это разные цвета, Салима ханум, и в нашем языке они имеют разные названия. Но в вашем – одно. Вы в самом деле не видите разницы?

– Едва уловимую, – призналась Салима.

– Наверное, мы лучше различаем длинные волны, – предположил Ртхинн. – Ведь наша звезда красная. В вашем восприятии, скорее всего, Рай выглядел бы залитым красным светом. Красная земля, красное небо… Но для нас наш мир многоцветен.

– Хотелось бы мне как-нибудь побывать в вашем Раю, – заметила Салима.

– Вы непременно там побываете, – откликнулся Ртхинн. – Референдум по избранию нового координатора требует присутствия координатора ближайшего мира.

– И кто же будет новым координатором? Вы?

Он развел руками.

– Пожалуй, что так. Если до той поры Криййхан Винт не свернет мне шею за то, под чем я подписался.

– Не свернет, – Салима усмехнулась. – Думаю, ваши заслуги в установлении союза между нашими мирами обретут должное признание, и вы без труда наберете необходимый процент голосов. Желаю вам успеха, господин Ртхинн. И надеюсь, моя поездка на ваш референдум пройдет конструктивнее, чем визит господина Криййхана на мое избрание.

– Если захотите, я покажу вам планету. Вы не пожалеете.

Она кивнула, закрывая тему.

– Что ж, давайте теперь поужинаем. Подписание договора такого значения заслуживает банкета, однако, мне кажется, вам было бы неприятно чокаться с сотней важных персон в таком состоянии, – она обвела рукой вокруг лица, в глазах прятались ехидные смешинки. – Отметим это событие тет-а-тет. Как вы на это смотрите?

Ртхинн помедлил.

– У нас не принято придавать подписанию соглашений характер праздника, но никаких возражений у меня нет.

– Отлично, господин Ртхинн. Предпочитаете вино или что-нибудь покрепче?

– Э-э… Я стараюсь не употреблять спиртного, Салима ханум.

– Это вызывает уважение, – она отставила бутылку в сторону. – Тогда зеленый чай. Уверена, вам понравится.

Чай действительно произвел на Ртхинна самое благоприятное впечатление. Интересно, почему за все дни, проведенные на Земле, он ни разу не пробовал чая? То ли это экзотический напиток, то ли он – ограниченный идиот.

Атмосфера ужина ему нравилась. В кабинете Салима носила язвительную и холодную маску, а здесь, в неофициальной обстановке, словно сбросила ее. Здесь она была не на работе. Не координатор, а женщина. Ртхинн снова вспомнил об этом, хоть и зарекся думать о ней как о женщине. У нее прекрасная улыбка… И непреклонный характер, хотя нынче он был почти незаметен.