Кощей рассмеялся. Когда-то он объяснял Владу, что верить вракам — дело последнее, а этому деревенскому калеке слова не требовались — сам видел.

«Пожалуй, встречи этой стоила возня с перьями и блажь, ударившая в птичью голову, — подумал Кощей и тотчас помрачнел: — Но не гибели моего вестника».

— Прежде, чем сказки на веру принимать, — сказал он, — стоит сесть и собственной головой помыслить: что правда, что вымысел и зачем этот вымысел нужен. Не всегда ради красного словца, ох, не всегда.

Мальчишка кивнул.

— Сказители не раз упоминали о подвигах Кощея Бессмертного, — произнес он. — Во зло или во благо — здесь речь не о них — побивал он самых сильных поединщиков, ратные победы одерживал, водил армии. Способен ли на такое немощный старик или скелет ходячий?

Кощей повел плечом.

— На свете все возможно, — молвил он лукаво.

Коли нужно, надевал он на себя личину изможденного путника, но именно что личину. Вот мальчишка, за нее заглянув, сильно и удивился.

— Я запомню.

— Пойду, — сказал Кощей.