Он замолчал, вновь прислушиваясь к голосу интуиции, но в ощущениях бушевала такая разноголосица, что приходилось лишь махнуть рукой и дожидаться более внятных мыслей.

– Что ты делаешь сегодня вечером?

– Сегодня же прием у старушки Джуди… Не знаю, зайди за мной в шесть… Боже, сколько лет я не говорила таких слов…

– Приготовься, нас ждут нелегкие времена. Светское мнение – колючая штука, и оно не на нашей стороне.

– При дворе я редкая птица, а здесь, в Хэмингтоне, особенно близких друзей у меня нет. И потом ты асоциальный комиссар чужих невест – я знала, на что шла. Поцелуй меня еще раз, и я пошла в душ. Господи, на пистолет бы не наступить.

С завтраком и всякими сборами они вышли из дома уже после девяти, и первый сюрприз новой жизни поджидал их в самом Хэмингтоне, прямо на выходе из квартиры Мэриэтт. Печать с корнуолльской короной, и на обороте с каллиграфической четкостью выведено имя адресата: «Для сэра Дэниела Терра-Эттина». Да, и без всякой электроники сплетни распространяются не то что быстро, а просто в мгновение ока. Неужто и вправду вызов, подумал Дин с непонятным облегчением, разворачивая плотный, только что сложенный лист, ой, вряд ли, скорее всего, это юноша спешит с гонораром, парнишка принципиальный, не захочет оставаться в долгу – и точно: в конце стояла круто уходящая вверх подпись Роберта. Ну да, мелькнуло в голове, к услугам любимца монарха, без сомнения, вся королевская служба осведомителей.

«Любезный сэр Дэниел, жду Вас сегодня с двенадцати до трех по известному Вам адресу. Захватите с собой какой-нибудь инструмент.

Ваш граф Роберт Корнуолл».

Сэр Дэниел. Дин покачал головой. Ведь Роберт прекрасно знает, как его зовут по-настоящему, но демонстративно перешел на бабушкину форму обращения. «А ты чего ожидал?» – с неистощимым сарказмом поинтересовался «клинт».

«Да ничего я не ожидал, – с досадой подумал Диноэл, – меня сейчас больше волнует не сын, а отец – его-то куда унесло?»

Дуга исполинской парадной лестницы, в середину которой Кугль умудрился врезать полукруглый балкон промежуточной, гостевой площадки, занимала всю левую часть вестибюля лондонского дворца Корнуоллов. От верхней площадки с небольшим, тоже балконным холлом под прямым углом расходились два коридора – один вел к Большому и Малому приемным залам (в Большом как раз и проходил вчерашний, столь неожиданно завершившийся пир), а второй вел к двойной анфиладе жилых комнат. Здесь, наверху, у последней ступени лестницы, в своем моторизованном кресле и поджидал Дина граф Роберт.