Она рассмеялась, словно в котелке закипела вода.

– Как? Почему?

– Потому что ты сейчас говоришь на драном гальтском. Как и он.

Она была права. И она тоже говорила по-гальтски.

– А когда мы на него перешли?

Норригаль засмеялась еще громче:

– Когда ты спросил его, говорит ли он по-гальтски, а он ответил «нет».

Я почувствовал, что краснею, хотя никогда не был особенно стыдливым.

– Ты ловко разобрался с глиняным человеком, – сказал Фульвир. – Из тебя выйдет хороший боец. Для твоего роста.

– Но я никогда не стану колдуном.

– Нет, не станешь.

– «Нет» по-настоящему или по-молровски?

– Да.

– Срань! Мне здесь больше не нравится.

– Ну так уходи, – ответил он и пошел прочь. – И прихвати свою временную жену с вызывающим молнию кольцом на большом пальце.

– На самом деле это означает «Останься еще на одну ночь»?

– Понимай как знаешь.

Ночью дверь в нашу комнату отворилась, и две книги легли возле постели, ожидая нашего пробуждения. Слева, где всегда спала Норригаль, лежала гальтская книга под названием «Колдовские травы и обращение с ядами». А справа – учебник по магическим татуировкам для начинающих. На галлардийском. Но Фульвир прекрасно знал, что я могу его прочитать.

51 Отец чудовищ

51