И вдруг Норригаль залепила мне пощечину, очень больно. Должно быть, я недостаточно оценил то, что она оставила свое тело, чтобы вытащить меня из сна, а потом еще тушила мою задницу голыми руками. Молодчина.

– Прости, – сказал я.

Она отпустила мне еще одну оплеуху, но уже не такую сильную. Просто чтобы убедиться, что до меня дошло.

А потом обняла и прижала к себе.

– Ты так меня напугал, – сказала она.

Но в следующий миг в дверь громко постучали, и мы оба едва не подпрыгнули от неожиданности.

52 Хлеб с маслом

52

Хлеб с маслом

К завтраку нас пригласил слуга со слишком длинным языком и острыми зубами. Как только он уставал или перегревался, то сразу начинал тяжело дышать. Похоже, он был здесь вторым по старшинству, потому что отдавал приказы чересчур мускулистым человекобыкам, созданным по образу Рогача. Мы спустились в обеденный зал, где Гальва и Йорбез уже набивали себе живот яйцами с очень большими желтками. Сидевший во главе стола Фульвир показал нам на два пустых стула. Теплый запах шел из кухни, железного сердца этого дома из кости и дерева, где хозяйничала дородная молровянка.

– Braathe ne byar, – сказала она, поставив на стол деревянный поднос с нарезанным хлебом и каменный горшок с маслом.

Мне стало дурно от одной мысли о том, чтобы принять какую-то еду из рук человека, который смешивал людей и животных, а результаты этих опытов держал в клетках. Как только я об этом подумал, Фульвир посмотрел на меня и спросил:

– Не хочешь немного хлеба с маслом?

Я попытался что-то ответить, хотя и не знал, что именно, но вдруг понял, что не могу говорить. Моя дрожащая рука по собственной воле потянулась к хлебу, и кухарка тут же намазала его маслом. Потом рука сама собой поднесла хлеб ко рту, рот открылся, и мне пришлось проглотить кусок. Я разозлился, но не настолько, чтобы не оценить, как это неимоверно вкусно.

– Когда ешь хлеб, помни о кошке, – сказал Фульвир.

Он говорил по-холтийски, чтобы все поняли, хотя пословица была молровской. Смысл ее был такой: чтобы сберечь зерно, нужно убивать мышей. А еще это означало: не будь ребенком. Без опытов Фульвира и Трясошипа мы не получили бы корвидов, а без корвидов гоблины оттеснили бы нас к самому Ганнскому морю.

Я проглотил еще несколько кусков, теперь уже по своему желанию. По крайней мере, так мне показалось.

– Надеюсь, вы хорошо спали? – спросил Фульвир.

Спантийки кивнули. Норригаль пожала плечами.