Она молча покачала головой.

— Потому что вы видели! Собственными глазами!

— Да, — прошептала она. — Видела.

Я собрался с духом, не в силах избавиться от преследовавших меня мыслей.

— Зло прячется — иногда прямо у нас перед носом. Я слышу… нечто. Оно близко. Да, близко. Итак, госпожа, вернемся к нашей истории. Женщина шла в компании паломников и убийц, но по мере того, как все больше тягот обрушивалось на их плечи, она переставала различать своих спутников, даже в глубине души. Кто из них паломник? Кто убийца? Сами их имена слились в некоей кровавой насмешке — как она могла этого прежде не замечать? Как вообще кто-то мог? Жуткая пропасть становилась все ближе, казалось, будто весь мир охватило мрачное смятение. Да, со всех сторон одни убийцы. И как бы ни выглядели их лица, под всеми масками скрывается один и тот же бескровный лик смерти. Где враг? Где? Где-то впереди, за самым горизонтом? Или же намного ближе? Что там опять за предупреждение? Ах да… будь осторожен с тем, кого приглашаешь в свое стойбище. Я что-то слышу. Что это? Смех? Кажется…

Взревев, Крошка Певун ворвался в наши ряды и заколотил по экипажу.

— Всем молчать! — Он приложил ухо к закрытому ставнями окну. — Я слышу… дыхание.

— Да, — сказал господин Муст, не поднимая взгляда, — она дышит.

— Нет! Это… это…

— Отойдите, сударь! — прогремел господин Муст, обнажив сжимавшие глиняный чубук трубки потемневшие зубы. — Предупреждаю. Убирайтесь… немедленно!

— Старуха, да? — ухмыльнулся Крошка. — Жрет столько, что посрамит даже клятого волка!

— Да мало ли у кого какой аппетит — это ее личное дело…

Стек пришпорил коня и подъехал ближе:

— Блик…

— Клянусь моим кровавым алтарем! — вскричал Арпо Снисход. — Только что заметил!

Тульгорд обернулся, подняв меч:

— Что? Что ты только что…

Чубук в зубах господина Муста треснул, и он, сузив глаза, уставился на рыцаря Здравия:

— Я всегда говорил: пусть прошлое продолжает спать. Глубоко в безмолвной земле, глубоко и…

— Я тебя знаю! — взревел Арпо и бросился на господина Муста.