— Врешь! — взревел Крошка Певун. — Врешь, врешь и еще раз врешь!

Мошка плакал. Блоха яростно сверкал глазами в наступившей смертельной тишине. Апто Канавалиана внезапно пробрала дрожь, и он решил, что сказал уже достаточно. Может, даже слишком много. Он слабо махнул рукой, превозмогая тяжесть кандалов:

— Я пошутил. Соврал. Просто хотел вас поддразнить. Услада вовсе на меня не набрасывалась, и, насколько мне известно, ее похитил наемный убийца…

— Конечно, кто же еще! — прорычал Крошка.

— К тому же, — добавил Апто, — я подумал, что этой клятой виллы должно вполне хватить, чтобы вытащить отсюда нас всех.

При этих его словах Тульгорд выпрямился в оковах.

— Не стоит над нами издеваться, критик, — глухо проворчал он.

— Я вовсе не издеваюсь, — заверил его Апто. — В конечном счете все мы пережили путешествие сюда. Мы даже пережили предательство убийцы. Нравится это вам или нет, но случившееся сплотило нас, как это всегда бывает с уцелевшими. Пережитое неразрывно связало нас между собой, и на случай, если вы забыли, — путешествие стало для нас одним долгим кошмаром.

— Не так уж было и плохо, — буркнул Крошка.

— Ну, для тех, кому грозило быть съеденным…

Борз Нервен поднял голову:

— Но ведь ты не входил в их число, Апто, продажный критик и низкий предатель? Нет! Это были мы, творцы! Наделенные талантом! Но не ты! Ты сумел выкрутиться, как и подобает обманщику!

— Возможно, — кивнул Апто, — но зато нам приходилось страдать, слушая твое пение, Борз. Поверь, даже королевский палач не смог бы причинить подобных мук.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Крошка и яростно уставился на братьев, которые послушно последовали его примеру:

— Ха!

— Ха-ха!

В коридоре за запертой дверью внезапно блеснул свет фонаря.

Апто выпрямился.

— Ладно, друзья, — прошептал он. — Похоже, палач сегодня явился раньше обычного, но это не важно. Настал решающий момент. Пожелайте же мне поцелуя Госпожи Удачи ради всех нас!

Свет стал ярче, а затем вдруг потускнел. В зарешеченном окне в двери появилось закрытое капюшоном лицо.