Новое Всемирное трудовое законодательство подразумевало очень короткие отпуска по уходу за ребенком. Макс по привычке звал их «декретными». Это слово всегда удивляло Эшли.

— При чем тут декреты? Это слово ведь означает какие-то специальные законы.

— Бабушка отпуск по уходу за детьми так называла. Декретным. Она же из СССР.

— А я думала она была из Казахстана.

— Это одно и тоже тогда было. До самой смерти оставалась коммунисткой. У нее даже портрет Ленина был.

— И Сталина тоже?

— Не сбивай, пожалуйста. Был и Сталина, даже два, но она их в шкафу держала, а Ленин висел над кроватью. Эпатировала родственников. Но мы не о нем говорим. Так вот В.И. Ленин и ввел эти декреты. О мире, о земле и заодно об отпусках. Ну и еще какие-то… не помню.

Он часто пересказывал ей то, что бабушка говорила про Советский Союз.

— Представляешь, буржуи копировали советские вещи! И технологии воровали. В СССР никогда свои открытия продавать не умели, а на Западе пользовались этим. По журналам для русских школьников… в конструкторских бюро зарубежных компаний столько всего сделано!

— Понятно, — кивнула Эшли с деланным вниманием на лице. Видимо, не верила.

— А сейчас таких декретов нет нигде! — продолжал Максим, распаляясь, — Но это не планета перенаселена. Просто власти и капиталисты не заинтересованы в создании идеальных условий для беременных женщин.

— Беременных людей, — поправила его Эшли. — Трансгендеры тоже рожают. И мужчины. Обычных мужчин, цисгендерных гетеросексуалов, которые согласились на имплантацию искусственной матки и вынашивание общего ребенка из оплодотворенной яйцеклетки своей жены — на Земле уже четыре сотни.

— По-моему, это извращение. Моего отца бы хватил сердечный приступ раньше времени. Хоть он и всегда говорил, что человек широких взглядов. Но если бы другого выхода не было… или если бы ты меня попросила… — Максим не договорил, широко улыбнулся и дотронулся до ее руки.

— Дурачина! Я же шучу, — сказала Эшли и пихнула его в плечо, — Я бы никогда такого не потребовала. Это просто смешно. Ты мне нравишься таким, какой есть.

На мгновение в ее глазах зажглись огоньки, он попытался привлечь ее к себе, но она замахала рукой и опять уткнулась в развернутый на стене экран.

Он вообще-то тоже шутил. Даже если бы она почему-то не могла иметь детей, все это давно лечилось и корректировалось. Хотя она могла, насколько он знал. Скорее тут был вопрос личного выбора.

Максим увидел, что на экране у нее открыта таблица склонения финских существительных, и ей надо сдать зачет. Эшли постоянно обучалась на курсах. Совершенствовала владение языками, вплоть до экзотических, и разные прикладные навыки, которые ей никогда не понадобятся. Рихтер мог бы сказать, что это пустая трата денег, но у него язык не поворачивался. Эти средства она сама зарабатывала. Она вообще в основном зарабатывала чуть больше, чем он.