— Пригодилось бы заклинание безысходной инкапсуляции, — посоветовал Кугель.

Зараидес кивнул:

— Во многих отношениях удачная идея… Но все это несбыточные мечты. У меня отняли все книги и спрятали их в каком-то тайнике.

Фабельн хрюкнул и отвернулся. Из-за решетки послышались пискливые наставления:

— Сожаления и оправдания не помогут вам завлечь других и выйти на волю. Берите пример с Фабельна! Он может похвалиться одной добычей и планирует завтра же заманить вторую! Нам нужны такие люди! Они — наше самое доходное приобретение.

— Я его заманил! — заявил Кугель. — У вас нет ни стыда, ни совести! Я послал его в пещеру, его следует занести на мой счет.

Зараидес тут же начал яростно протестовать:

— Ничего подобного! Кугель искажает факты! По всей справедливости и Кугеля, и Фабельна следует считать захваченными благодаря мне!

— Счет не изменится и обжалованию не подлежит! — пискнул голос за решеткой.

Зараидес всплеснул руками и с лихорадочным прилежанием вернулся к изготовлению объявлений на пергаменте. Фабельн сгорбился, сидя на табурете, и молчаливо о чем-то размышлял. Кугель подкрался к нему сзади и пинком вышиб из-под него табурет — Фабельн растянулся на земле. Вскочив, собиратель трав бросился на Кугеля, но тот швырнул в него табуретом.

— Прекратите драку! — приказал пискливый голос. — Или вас накажут!

— Кугель выбил из-под меня табурет, и я упал! — пожаловался Фабельн. — Почему его не накажут?

— Я случайно задел табурет, проходя мимо, — заявил Кугель. — Если Фабельн так раздражается по пустякам, его следует посадить в одиночную камеру как минимум на две — лучше даже на три — недели.

Задыхаясь от возмущения, Фабельн хотел было разразиться дальнейшими протестами, но крысиный голосок приказал всем молчать и больше не шуметь.

Через некоторое время принесли корм: дурно пахнущую кашу из неочищенного зерна. После еды узников заставили пролезть в еще более тесную нору, находившуюся ниже первой. Там их пристегнули цепями к крюкам в стене. Кугель забылся беспокойным сном, но его разбудил пискливый голос, говоривший Фабельну из-за двери:

— Твое сообщение доставлено — она внимательно его прочла.

— Прекрасно! — откликнулся Фабельн. — Завтра я выйду на свободу!

— Помолчи! — простонал из темноты Зараидес. — День-деньской я только и делаю, что строчу объявления, которые приносят пользу всем, кроме меня, и даже по ночам ты не даешь мне покоя своей мерзкой похвальбой!

— Ха-ха! — злорадствовал Фабельн. — Тоже мне, чародей называется! Мог бы и сам себе помочь!

— Увы! — вздохнул Зараидес. — Если б я не потерял либрамы, ты у меня запел бы по-другому!