— Мы в подпространстве. Расчетное время прибытия — три с половиной бортовых дня.

Спокойный машинный голос Васко зазвучал как с того света. Неман осторожно приоткрыл глаза, боясь увидеть райские пейзажи перед собой. Но он с радостью взглянул в иллюминатор, за которым тянулся длиннющий разноцветный туннель. Неман с облегчением выдохнул и включил искусственную гравитацию.

— Отключи маскировку и закрой иллюминатор. Ты молодец.

— Рад стараться, — с нажимом на первом слове ответил Васко.

Знакомое шуршание вентиляционного потока звучало громче обычного. В уши барабанила кровь, а все тело Немана то тут, то там слегка дергалось от нервного напряжения. Ему было не привыкать рисковать своей жизнью, но, как здравомыслящий человек, он боялся, что в какой-нибудь раз удача отвернется от него. Контрабандист бросил свой рассеянный взгляд в сторону пристегнутого к полу и стене растения. Гибискус покачивался от искусственного ветра рубки. Его цветы глядели своими сердцевинами на железную комнату как будто удивляясь увиденному. Неман поймал себя на мысли, что и он сейчас не менее удивлен, чем гибискус. Удивлен тому, что они все еще живы.

По расчетам Васко «Путник» должен был выйти из подпространства достаточно далеко от цели их путешествия, которое в этот раз должно было занять четыре дня. Как показывало моделирование, точка выхода находилась на отшибе известной людям части космоса в его малоизученном секторе. Вторая координата, считанная с носителя, переданного Павоном, указывала на то, что объект поиска находится в скоплении, еще совсем неизученном. То есть попав туда, команда «Путника» автоматически становилась первооткрывателями всего того, что находилось в той части ледяного и пустого пространства. Это звучало соблазнительно, потому, как в неписанных законах космических путешественников говорилось о том, что первооткрыватели имели право на то, чтобы называть планеты так, как им бы хотелось самим. При этом и сокровища они имели право присвоить себе столько, сколько сами считали нужным.

Последующие дни прошли в обычном режиме жизни на корабле, ставшим более уютным именно для Немана. Таркелья почти все время сидела у себя, прося иногда помощи у Васко. Она старательно изучала то, что ей прислали с «Края горизонта», сопоставляя эти данные с тем, что имелось у нее и у исследователей Норингтона. Также девушка пыталась разгадать тайну артефакта, на который однажды зашел посмотреть Неман. Он застал Таркелью за столом в полутемной комнате, освещенной только настольной лампой с боку от девушки. Она буквально сверлила своим пытливым взглядом продолговатый, трехгранный артефакт. На его длинных гранях были высечены мелкие символы, в общих чертах схожие с теми, что Неман видел на «Крае горизонта», но Таркелья посетовала на то, что уже переведенные символы попадаются на артефакте считанное количество раз, не позволяя провести перевод. Она старалась пробиться через это ограждение инопланетного языка своими силами, но все время терпела поражения, однако, не отчаиваясь от этого. Наблюдая за ней, Неман с удивлением отмечал мелкие детали, сопутствующие мыслительному процессу: и возникновение маленьких морщин в уголках и так суженных глаз, и подрагивание верхней губы, и непроизвольное поглаживание девушкой своей по-детски гладкой щеки. Капитан корабля долго сидел рядом с археологом, молчал и всматривался то в артефакт, то в Таркелью, удивляясь и предмету, и девушке. Он безуспешно старался найти между ними какую-нибудь невидимую ниточку, которая бы могла связать их, которую Таркелья так внимательно искала, что на время забывала о присутствии Немана в комнате. Насидевшись и налюбовавшись процессом, тот осторожно вышел в коридор. Игорь все так же занимался в своей комнате не пойми, чем, закрыв дверь. Но в то же время, этот парень стал немного общительнее, перекидываясь фразами с капитаном на кухне или в рубке, когда молча заходил туда, закуривая сигарету и предлагая свою пачку никогда не отказывающему Неману, уже плюнувшему на то, что его разрешения на покурить на мостике вовсе не спрашивают. Корабельными вечерами все трое встречались на кухне, где обычно Неман и Таркелья обсуждали историю, артефакт и инопланетян, а Игорь молча их слушал, иногда вставляя свои реплики.