Мимолетно глянув в другую комнату, Синель коснулась кончиком пальца поверхности стекла. Появилось плавающее серое лицо:

— Да, мадам.

— Потише, хорошо? — прошептала Синель. — Кое-кто спит в большой кровати.

— Генералиссимус Сиюф, мадам. Она в поле моего зрения.

— Точняк, и ты ведь не хочешь разбудить ее, а? Так что потише.

— Да, мадам. Я предлагаю, однако, чтобы вы закрыли дверь. Это обеспечило бы дополнительную безопасность, мадам.

Синель покачала головой, ее малиновые кудряшки запрыгали:

— Я должна узнать, если она проснется. А теперь слушай внимательно. Ты знаешь дворец кальде?

— Конечно, мадам.

— Я три-четыре раза обращалась к тамошнему стеклу. Он, то есть кальде, разрешил мне, потому как я его друг. Я хочу знать, ты тот же самый? Тот же самый монитор, с которым я разговаривала?

— Нет, мадам. Каждое стекло имеет собственного монитора, хотя я могу обслуживать другие и помогать другим мониторам, если есть необходимость.

— И это хорошо, потому как он так и не смог найти мне Гагарку, и, как только я и генералиссимус Сиюф вошли в номер, я сразу увидела это стекло и хотела попробовать, только не там, где она услышит, потому как я ищу Гагарку, а это мужчина. Я знаю, что есть много Гагарок, можешь мне об этом не говорить. Тот, которого я ищу, живет в Орилле, и его называют Гагаркой-пророком. Он по-настоящему большой, не так уж плохо выглядит, сломанный нос…

— Да, мадам. Я нашел его. Это совсем не трудно, слово «пророк» — вполне достаточный ключ. Вы хотите поговорить с ним?

— Я… погоди. Если я буду говорить с ним, он увидит меня, а?

Серое лицо закивало в пустоте экрана, как подергиваемая рябью плавающая бутылка.

— Вы можете отложить разговор до того времени, пока не оденетесь, мадам. Если вы предпочитаете.

— Ага, лады. Только скажи мне, где он.

— В Великом мантейоне, мадам. Две улицы на север и одна на запад, так меня информировали.

— Ага, знаю. Послушай, он там прямо сейчас? Гагарка там прямо сейчас, в Великом мантейоне?

— Совершенно верно, мадам.