Гагарка вернул нож в сапог.

— Не бурли, майтера. Он уже в порядке. Просто еще не знает этого.

Песок, как по сигналу, поднял голову и огляделся.

— Держи ее так, — сказал ему Гагарка. — Сейчас я поставлю на место твою черепную пластину. Как там было в Главном компьютере?

Раздалось крак-крак-крак игломета, за ним дикий крик, еще выстрелы и бум-бум карабина. На хорах, высоко над ними, с грохотом упала нефритовая статуя Фелксиопы.

* * *

— Неужели он греет? — спросила Абанья, увидев, как Скиахан надевает свой летный комбинезон.

Сейчас улыбаться было легко:

— Не так, как я хотел бы, иногда.

— Тогда тебе лучше надеть поверх него нижнюю рубашку. Она из шерсти и намного теплее, чем эта штука. А когда поедем верхом, обернешь вокруг себя одеяло. — Она коснулась пальцами игломета в портупее. — Ты умеешь ездить на лошади?

— Никогда не пробовал.

— Очень хорошо, — сказала ему Абанья. — Это может спасти твою жизнь.

Они вышли наружу; под пронзительным ветром двое бородатых мужчин держали пару беспокойных лошадей.

— Эта моя, — сказала Абанья, к облегчению Скиахана указав на лошадь побольше. — Вторая — твоя. Давай поглядим, как ты на нее сядешь.

Минут пять она глядела на него, а бородатые мужчины пытались не рассмеяться.

— Ты действительно не умеешь ездить, — наконец сказала она, — или ты замечательный актер, — и приказала мужчинам помочь ему. Когда они подняли его в седло, она сама одним махом взлетела на высоченную лошадь — ему ее плавное стремительное движение показалось почти чудом.

— Давай я тебе кое-что объясню. — Она наставила на него указательный палец. — До города две лиги, и, когда мы будем на полпути, ты можешь подумать, что тебе надо сделать только одно — ударить пятками по бокам лошади.