— Она закричала, потому что ты переменил лицо? Большинство людей тебе бы не поверило, но я могу и, возможно, генералиссимус Сиюф смогла бы. Давай посмотрим, сможешь ли ты сделать такое же лицо для меня.
— Я могу попытаться, — сказал он и скорчил гримасу.
Щелчок каблуков объявил о возвращении молодой женщины. Абанья повернулась к ней, и та протянула ей кусок хлопковой ткани, которую использовали для чистки чего-то грязного.
— Это подойдет, сэр?
Абанья покачала головой:
— Принеси комбинезон, который он носил, зимнюю нижнюю рубашку и одеяло; и скажи повару, пусть даст тебе что-нибудь такое, что он сможет съесть на скаку.
Она опять повернулась к Скиахану.
— Хватит лыбиться, у тебя губа кровит. Ты прилетел в Вайрон в поисках мужчины. Так сказала нам Сирка. Ты назвал его имя, и, мне кажется, я слышала его прошлой ночью. Повтори его, для меня.
— Гагарка, — сказал Скиахан. — Его зовут Гагарка.
* * *
Рука сержанта Песка зашевелилась, потом так сильно ударила в пол Великого мантейона, что чуть не расколола его. Синель предупреждающе крикнула.
— Не беспокойся, — сказал ей Гагарка, — просто небольшое статическое напряжение. Я уже исправил.
— Я бы хотела, чтобы патера Раковина мог это наблюдать, — сказал незнакомый голос позади него. — Он будет
— Как и Его Высокопреосвященство, — проворчала майтера Мята. — Но он сам сделал ошибку, вернувшись во дворец, если это можно назвать ошибкой. Мы должны были, безусловно, немедленно выполнить указания Паса, и Его Высокопреосвященство сам не потерпел бы отсрочки. Гагарка, ты точно не видел Паса? Ты уверен?
— Нет, майтера, не уверен. — Гагарка, сгорбившийся над работой, прищурился. — Потому как каким-то образом он показал мне все это, могет быть после того, как я поговорил с тобой. — Вспышка озарения. — Хочешь знать, что я об этом думаю, майтера?
— Да! Очень!
— Секи, ты сдержала свое обещание и тем самым заставила Паса выполнить его. А до того он спрашивал себя, стоим ли мы всех этих трудностей, вроде того. Погоди минутку, мне надо подсоединить сознание.